Чат неактивен

Сволочи

Россия — не место для инвалидов, которым место на олимпийском пьедестале

Алексею было двадцать два года. Он был инвалидом-колясочником. Инвалидом его сделала армия — солдат поставили штукатурить дом, но недоглядели, и строительные леса рухнули. Алексей долго валялся по больницам, а потом его выдали родителям с неработающими ногами, удостоверением инвалида и отечественной скрипучей коляской. Алексей был моим соседом по этажу, мы дружили еще до его похода в армию. И теперь его родители звали меня, когда нужно было помочь спустить его вниз. В подъезде был один стандартный лифт. Мы тащили Алексея до лифта и усаживали в нем на табуретку. Потом спускали, выносили из лифта и сажали на скамеечку. Вторым рейсом ехала его коляска. После прогулки все повторялось в обратном порядке, и мы втаскивали его в квартиру, униженного и молчаливого. Но прогулки эти были нечасты. В основном Алексей сидел у окна и смотрел на улицу. На улице было советское время, и все, на что он мог рассчитывать, был переделанный на ручное управление “Запорожец”.

Однажды мы с ним смотрели какой-то футбол, его родители хлопотали возле него, а потом ушли в другую комнату. И он вдруг разрыдался — сдавленно и тоскливо, схватился за голову и произнес:

— Сволочи, сволочи!..

— Кто сволочи? — осторожно спросил я.

читаем дальше

_________________________________________________________

ОБратите внимание на комментарии к статье Максима…

Апд: Из комментариев под статьей Матвея:

17.03.2010 в 17:12
Оксана Великолуг–писательница

Добрый день, я вот читаю вашу беседу и тоже хочу вставить словечко. Мне 31 год, и у меня довольно тяжкая форма Церебрального Паралича, но я никогда не отчаиваюсь, и не страдаю комплексом неполноценности на свой счёт. По интернету я познакомилась с человеком из Новой Зеландии, и, вопреки всем прогнозам, мы встретились и очень полюбили друг друга. Питер — социальный работник, это нечто большее, чем мед брат, но меньшее, чем врач.
Мы с ним объехали очень много стран, полгода жили в Лондоне, у мамы Питера, которая приняла меня , как родную дочь, несмотря на такую тяжкую инвалидность. Она просто меня обняла и поцеловала в аэропорту, и мы стали , как родные…..
За полгода , что я провела в Англии, мы так подружились, что нам и в голову не пришло ссориться или выяснять отношения. Люди в Лондоне относились ко мне очень здорово. Я говорила по-английски и они понимали меня, несмотря на “фифект фикции”. Потом я была и в Сингапуре и в Австралии, и у меня вечно возникало ощущение, что кто-то откусил у нас часть нормальной истории и заменил протезом идеологии. Кто-то лишил мою бабушку возможности жить достойно, и иметь в 1930 году стиральную машину, кто-то лишил моих предков возможности иметь те милые домашние вещи, и те отношения между людьми, из которых вышли потом и лифты и пандусы, и уважение….. не только к инвалидам, но и ко всем…

ЗЫ. Здесь, в штатах и Канаде, я во множестве примеров видел сам, как по нашим, совковым понятиям, человек, который должен сидеть дома и пялиться в ТВ, таботает на равных, в магазинах, на складах, на производстве, в проектных организациях… В соседний с нами дом каждое утро приезжает ОТДЕЛЬНЫЙ школьный микроавтобус, отвозящий в школу мальчика инвалида-колясочника, а после трех часов возвращает его домой… Вот это капитализм с человеческим лицом!!!

0 0 vote
Article Rating
Поделитесь публикацией
Subscribe
Уведомлять
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments