Чат неактивен

В номере Foreign Affairs за сентябрь/октябрь 2010 года напечатана статья под …

В номере Foreign Affairs за сентябрь/октябрь 2010 года напечатана статья под названием “Russia’s New Nobility” (Новое российское дворянство), написали которую известные в России авторы журналистских расследований и редакторы сайта Agentura.ru Андрей Солдатов и Ирина Бороган. Тема статьи (говорят, что это сокращенный вариант книги, недавно изданной этими же авторами) – история ФСБ (Федеральной службы безопасности) и ее роль в современной России.

Учитывая постоянно увеличивающийся список книг, которые я обещаю себе прочесть, мне не скоро удастся добраться до произведения Солдатова и Бороган. Очень жаль, поскольку, как это обычно бывает с сокращенными вариантами, в них часто избегают острых углов, а сами “варианты” в большей степени являются лишь смелыми утверждениями, нежели фактическим материалом в доказательство данных утверждений.

Например, мне бы хотелось увидеть какие-то доказательства, подтверждающие заявление авторов о том, что президент Борис Ельцин “стремился ослабить монолитный советский КГБ, разделив его на мелкие и самостоятельные ведомства”. Согласно утверждению Солдатова и Бороган, “он боялся, что … бескомпромиссные сторонники жёсткой линии из спецслужб попытаются устроить переворот по образу и подобию неудавшегося путча ГКЧП в августе 1991 года, который был направлен против Горбачева”. Так ли это? В моем понимании, Ельцин, будучи фанатом всего американского (он в 1993 году ввел американскую концепцию сильной президентской власти, закрепив ее в конституции), решил перенять и структуру разведывательного сообщества США (которая включает 16 компонентов). Зная, каким хитрым и проницательным аппаратчиком был Ельцин, я просто не могу себе представить, что он на самом деле надеялся “ослабить” КГБ, выведя из его подчинения пограничную службу или шифровальное подразделение. Кроме того, Ельцин прекрасно знал, что августовский путч 1991 года был “межведомственным” – значит, российские ястребы могли вполне успешно действовать за пределами своих бюрократических границ.

Мне бы также очень хотелось, чтобы Солдатов и Бороган привели какие-нибудь имена или, что было бы идеально, какие-то цитаты в подтверждение своих заявлений о том, что в штаб-квартире ФСБ “убийц польских офицеров [в Катыни в 1940 году] по-прежнему прославляют, называя героями войны”. А также в подтверждение слов о том (это мое любимое), что офицеры ФСБ считают себя “спасителями” нации. (Кстати, а что в этом плохого? Разве это плохо, если кто-то считает себя спасителем собственной страны?)

Но очевидно, что это вещи второстепенные. Главное утверждение данной статьи (ее “сверхзадача”, как сказал бы великий Станиславский) состоит в следующем:

“…после нескольких лет правления Путина ФСБ превратилась в нечто более влиятельное, мощное и страшное, чем советский КГБ – она стала ведомством, чья деятельность распространилась далеко за пределы полномочий ее предшественника”.

Солдатов и Бороган подтверждают данное заявление рядом аргументов. Во-первых, они указывают на то, что пройдя через трудные времена в конце 90-х (это был период массового ухода в бизнес самых опытных офицеров), ФСБ в годы президентства Путина очень сильно укрепилась. И что? При Путине в России удалось оживить и укрепить очень многое. То самое государство, которое при его предшественнике едва не потерпело крах, снова начало функционировать. Оно вновь стало выплачивать пенсии, зарплаты и – да! – финансировать свои спецслужбы. Если Солдатов и Бороган не представят доказательства того, что ФСБ пользовалась “привилегиями” и “преференциями” в ущерб другим государственным структурам, их аргументы будут весьма легковесны.

Во-вторых, Солдатов и Бороган утверждают, что старый КГБ держала в узде КПСС, в то время как ФСБ “закрыта для чужаков”, а следовательно, никому не подконтрольна. (Авторам, похоже, очень нравится власть коммунистической партии над КГБ, потому что они неоднократно возвращаются к этому моменту. “В каждом отделе, управлении и службе КГБ была партийная организация, этакий глазок, через который государство могло присматривать за своими агентами”.) Если не брать в расчет магическую силу глазков, то каждому человеку, хотя бы отдаленно знакомому с принципом работы власти, известно, что государственные ведомства контролируются и управляются через рычаги бюджетных процессов, и что реальный “вес” каждого государственного ведомства прежде всего определяется его способностью получать финансирование. Если Солдатов и Бороган не докажут, что директору ФСБ Александру Бортникову принадлежит решающее слово с правом наложения вето при рассмотрении бюджета его службы, то все разговоры о бесконтрольности ФСБ покажутся мне пустыми.

Но как это ни удивительно, авторы приберегли самые слабые свои аргументы для самых смелых своих утверждений. Они пишут, что ФСБ стала “более влиятельной, мощной и страшной, чем советский КГБ”. Солдатов и Бороган молоды (родились они в 1975 и 1974 годах, соответственно), и у них не было особых возможностей для того, чтобы напрямую пообщаться с КГБ. Но будучи авторами журналистских расследований, они могли бы и получше сделать свою домашнюю работу. Слышали ли они когда-нибудь о диссидентах, которых КГБ на долгие годы отправлял по надуманных обвинениям в тюрьмы или в психушки, не имея на то решения суда? Встречались ли они когда-нибудь с людьми, чья профессиональная карьера, а порой и жизнь оказывалась загубленной из-за того, что они распространяли или даже просто читали самиздатовские произведения? Знакомо ли им такое скромное название как “первый отдел” – контора, существовавшая в любой что-либо значащей организации, и занимавшаяся отслеживанием политических взглядов работников и регистрацией “неблагонадежных”?

И какие же доводы Солдатов и Бороган выкладывают на стол в доказательство того, что ФСБ стала более страшной, чем КГБ? Этих доводов немного: пара подвергшихся преследованию блогеров да “крот”, якобы прокравшийся в ряды Объединённого гражданского фронта Гарри Каспарова (последний момент это позор, я согласен: я бы не стал тратить усилия ни единого офицера ФСБ на отслеживание каспаровского балагана).

Позвольте мне сказать это четко ясно: когда ФСБ преследует блогера, это нехорошо. Но если ты пишешь о серьезных вещах, надо иметь чувство меры и ощущение пропорций, и не позволять, чтобы из-за личных впечатлений (видимо, Солдатов и Бороган имели неприятные стычки с ФСБ) и политических симпатий искажалась правда.

Но есть один момент, в котором авторы совершенно правы:

“Российские спецслужбы по сей день не нашли эффективный способ для борьбы с терроризмом”.

Я добавлю лишь то, что российские секретные службы вряд ли являются здесь исключением, и что спецслужбы всего мира пока не смогли приспособиться к новым угрозам национальной безопасности своих стран. Солдатову и Бороган следует почитать серию статей в Washington Post под названием “Top Secret America” (Совершенно секретная Америка) (я здесь тоже пишу о ней). В этих статьях описывается, как американские спецслужбы, столкнувшись с усиливающейся угрозой внешнего и внутреннего терроризма, начали реагировать на нее точно так же, как и любая зрелая бюрократическая структура: они стали просить больше людей и больше денег. А будучи не в состоянии узнать, где будет нанесен очередной террористический удар, они тоже “распространили свою деятельность далеко за пределы полномочий”. Иначе трудно понять, почему, как утверждается в сообщениях СМИ, ФБР следило за такими не имеющими никакого отношения к терроризму организациями, как PETA (“Люди за этическое обращение с животными”) и Greenpeace.

Если у Солдатова и Бороган есть какие-то конструктивные идеи относительно того, как ФСБ повысить эффективность своей антитеррористической деятельности, я первым встану в очередь, чтобы выслушать их.

Оригинал публикации: F.S.B.

0 0 vote
Рейтинг статьи
Поделитесь публикацией
Subscribe
Уведомлять
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments