Чат неактивен

 «Сильная диктаторская власть была востребована» Как чеченцы едва не сделали мятежного генерала диктатором России

Генерал Корнилов

 «Лента.ру» продолжает цикл публикаций, посвященных революционному прошлому нашей страны. Вместе с российскими историками, политиками и политологами мы вспоминаем ключевые события, фигуры и явления тех лет. Пытался ли на самом деле генерал Лавр Корнилов в августе 1917 года осуществить военный переворот? Почему он опирался на Дикую дивизию? Как победа премьер-министра Керенского над Верховным главнокомандующим русской армией в итоге способствовала приходу к власти большевиков? Об этом «Ленте.ру» рассказал доктор исторических наук, профессор Московского педагогического государственного университета (МПГУ) Василий Цветков.

Кто глядел в Наполеоны

«Лента.ру»: Как вы считаете, чем на самом деле было корниловское выступление: попыткой военного переворота, провокацией премьер-министра Керенского или трагическим недоразумением, вызванным тотальным недопониманием и взаимным недоверием?

Цветков: Когда оцениваются события лета 1917 года, как, впрочем, и всей «Великой Российской революции», нельзя забывать о продолжавшейся Первой мировой войне. Поэтому главным сюжетом здесь была не борьба за власть между, условно говоря, «группой военных» и «группой гражданских» (то есть Ставкой Верховного главнокомандующего генерала Лавра Корнилова и Временным правительством во главе с Александром Керенским).

На самом деле стержень тех событий — стремление найти эффективный для страны вариант управления, при котором можно было бы довести войну «до победного конца» и в то же время удовлетворить «политические настроения» фронта и тыла в условиях углубляющейся революции. На Государственном совещании в Москве, проходившем в августе 1917 года, незадолго до корниловщины, многие делегаты высказывались о том, что действующая модель власти (Временное правительство и Советы рабочих, солдатских, крестьянских депутатов) малоэффективна в условиях продолжающейся войны и кризиса в тылу.

Сторонники этой точки зрения считали, что нужна новая модель власти — Директория с чрезвычайными полномочиями, в которую вошли бы и Керенский и Корнилов, а представителям Советов там места не было. И у Керенского, и у Корнилова была общая цель — неслучайно Ленин объединял их в один «лагерь контрреволюции», «врагов советской власти».

Но вот в способах достижения этой цели имелись, конечно, различия. Была не «провокация Керенского», а скорее трагическое недоразумение. Сыграло свою роль и обоюдное недоверие Керенского и Корнилова, истоки которого следует, очевидно, искать в сложившихся психологических предрассудках общественного мнения.

А именно?

Считалось, что военные всегда стремятся к подавлению свободы, а штатские никогда не смогут навести порядок в стране. Сочетание же военной и гражданской власти при построении новой модели управления требовало большой гибкости и, главное, взаимного доверия. Этого не получилось ни у Керенского, ни у Корнилова.

Как вы думаете, хотел ли на самом деле Корнилов стать диктатором?

Корнилов по своему формальному положению Верховного Главнокомандующего уже был диктатором на фронте. Но его полномочия в 1917 году сдерживались политическими структурами: комитетами различных уровней, политиками, поддерживающими положения известного Приказа №1 и обычными политическими демагогами.

Были ли передвижения войск накануне 26 августа согласованы с Временным правительством?

Действия Корнилова были согласованы не напрямую с Керенским (опасались утечки информации в сторону Советов, левых партий и вездесущих, как тогда казалось даже Временному правительству, немецких шпионов), а через посредство управляющего военным министерством Бориса Савинкова.

Братание солдат генерала Лавра Корнилова с войсками Временного правительства

Савинков надеялся добиться сочетания двух военно-политических позиций — сильного, харизматичного военного лидера и не менее харизматичного на тот момент премьер-министра. Получился бы некий тандем, уравновешивающий друг друга. Корнилова, в принципе, подобное положение устраивало, так как он весьма реалистично видел у себя отсутствие качеств политика (да иначе и не могло быть в России, где до 1917 года господствовал принцип «армия вне политики»). Генерал считал, что тыл обязан помочь фронту завершить войну, а потом уже можно заниматься политическим переустройством.

Передвижения войск формально выглядели как укрепление обороны Петрограда, поскольку после падения Риги 21 августа и отступления частей Северного фронта угроза прорыва немцев к столице становилась реальностью.

Диалог глухого со слепым

Играли ли в этих событиях какую-либо роль союзники по войне — Британия, Франция и США? Делали ли они ставку на Корнилова?

Для Антанты главным было не допустить выхода России из войны. Можете представить себе ужас англичан и французов, когда огромный фронт от Балтики до Кавказа, приковаваший к себе многочисленные силы немцев, австро-венгров, болгар и турок, вдруг перестал бы существовать?

Сдача оружия войсками генерала Лавра Корнилова

Что касается США (их тогда у нас именовали Северо-Американскими Соединенными Штатами — САСШ), то они только вступили в войну и заменить русский фронт в столь короткое время не смогли бы. Поэтому, конечно, нашим союзникам нужен был не просто талантливый генерал, а военный лидер, способный мобилизовать страну для окончательной победы. И Корнилов представлялся им довольно перспективной фигурой. Со стороны военных представителей Антанты в Ставке не было возражений против намерений «навести порядок» на фронте. Как тогда говорили, солдат солдата поймет быстрее, чем солдат штатского.

Правда ли, что к осени 1917 года Керенский склонялся к заключению сепаратного мира с немцами и австро-венграми?

Сложный вопрос. Керенский озвучивал эту идею, но уже осенью 1917-го, незадолго до прихода к власти большевиков. Скорее это была некая декларация, чем подлинные намерения, поскольку представители Ставки и многие члены Временного правительства в принципе считали, что Восточный фронт сможет удержаться. Они полагали, что русская армия, хотя и не способна вести активные наступательные действия, в обороне выстоит.

Считалось, что поскольку уже в течение трех предыдущих лет войны мы постоянно жертвовали своими людьми ради спасения союзников, то теперь союзники должны помочь России. Предполагалось приступить к демобилизации армии (особенно старших возрастов), а фронт удерживали бы части из добровольцев и офицеров — так называемые ударные батальоны и национальные формирования (Чехословацкий корпус, польские, украинские и латышские вооруженные отряды).

Но зачем тогда Корнилов хотел, чтобы Керенский срочно приехал в Ставку, в Могилев?

В ситуации, когда нужны скоординированные действия, крайне необходим непосредственный контакт лидеров. Посредники могли исказить информацию, а доверять телеграфной переписке в то время опасались, поскольку любой солдат-телеграфист (а такие случаи бывали часто) мог бы донести в свой солдатский Совет или комитет о подготовке «контрреволюционного заговора». У Главковерха не было враждебных намерений в отношении Керенского, он не собирался каким-либо образом ограничить свободу премьер-министра.

Лавр Корнилов

Напротив — очевидно было стремление Корнилова узнать, насколько серьезны разногласия между ними. Не стоит забывать, например, что когда в Ставке получили первую телеграмму Керенского об отрешении от должности Корнилова, многие, в том числе и сам генерал, сочли это провокацией, не поверив в ее подлинность. Общение между Керенским и Корниловым с 26-го на 27 августа можно назвать диалогом глухого со слепым.

Окончание  следует

0 0 vote
Рейтинг статьи
Поделитесь публикацией
Subscribe
Уведомлять
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments