Чат неактивен

Мама ( cовсем не смешно, но стоит прочитать каждому)

Тревожный звонок мобильного телефона настойчиво продирался сквозь плотную завесу сна. Александр Плотников на ощупь, ещё пребывая в пограничной зоне яви, нашёл на прикроватной тумбочке злобствующую тварь. Не понимая хорошенько, кто он, что он и где он, вяло нажал кнопку приёма.
– Алло Саша, алло! – ему показалось, голос старшей сестры летел до него долго, будто из соседней галактики. – Ты слышишь меня, алло?
– Слышу я, слышу…

Александр, механически взглянул на цифры таймера фиксирующие бег неподкупного времени. Подсвеченный дисплей телефона утверждал, что сейчас полпервого ночи. Хотя по его ощущениям уже должно быть утро…

– Не может быть… – он испытующе и недоверчиво посмотрел на номер.

Точно звонила сестра из другого, ставшего вдруг далёкой заграницей, братского государства. Её страшные слова, произнесённые шёпотом, прозвучали удивительно чётко:
– Она умерла.
– Кто?
– Мама.

– Как умерла, – не понимая их кричащего смысла, удивился брат. – Я же разговаривал с ней всего час назад?
Сестра замолчала, словно набираясь сил для дальнейшего разговора. Казалось, что сестра разговаривает с ним, находясь в соседней комнате, а не за две тысячи километров:
– Она поговорила с тобой, вздохнула и умерла.
– Не может быть…
– Выезжай непременно, как можно быстрее!
– Как же это? – не мог прийти в себя Плотников. Ему казалось, что он ещё спит и ему снится пусть страшный, но всё-таки сон. – Так не бывает!
– Бывает…

Он, искал слова, подходящие случаю и не мог найти. Не дай Бог заранее готовится к такому разговору! Растерянность постепенно сменялась необходимостью что-то делать, и Саша твёрдо сказал:
Конечно же, выеду…
– Мы будем ждать.
– Выеду первым поездом.
– Звонят в дверь, – сестра всегда отличалась природной деловитостью. – Наверное, приехал врач констатировать смерть.
– Ты держись там. – Александр на миг представил её душевное состояние. – Я скоро буду рядом…
– У нас больше нет мамы! – сестра, наконец, заплакала и прервала вызов.

Остаток ночи Плотников не спал. Выпил бутылку водки, курил и под утро даже всплакнул. Точно такая ночь случилась у него десять лет назад. Бессонная и пьяная, только со знаком плюс. Тогда он отвёз жену в роддом и спокойно лёг спать. Знакомый врач, после осмотра поступившей пациентки заверил, что до родов далеко. Позднее, среди ночи, он позвонил сам и поздравил с новорождённым сыном.

– С тебя бутылка, папаша! – доктор был явно навеселе. – Коньячка!
– Да хоть ящик, – он почему-то сразу понял, что с рождением сына жизнь обрела долгожданный смысл. – За сына не жалко…
Он вскоре убедился в своей правоте. В мире стало немного больше людей, кого он любил, и кто отвечал ему взаимностью. Теперь это число сократилось ровно наполовину…

– Как же жить с этим. – Плотников не мог отделаться от саднящего чувства вины. – Неужели это я виноват в происшедшем…
По привычке Саша делал необходимые телесные движения. Ходил, без аппетита ел, что-то говорил, куда-то ехал, но всё время не переставал думать о матери:
– Почему так произошло? Почему она умерла такой молодой?

Вся её жизнь была подчинена, какой-то скрытой, неведомой цели. Все важные события в судьбе совпадали с переломными моментами страны. Днём следующего дня, выпив с незнакомым попутчиком несвоевременную бутылку водки, Саша рассказывал историю её жизни:
– Родилась мама 22 июня 1941 года и чудом осталась жива. Семью за связь с партизанами немцы собирались казнить в машине-душегубке. Когда она на руках у матери оказалась внутри герметичного фургона на колёсах и выхлопные газы начали поступать туда, вдруг напрочь заглох мотор…
Поезд пыхтел, одолевая очередной подъём где-то в Курской области. Попутчик дремал, а Плотников разговаривал сам с собой:
– Дочь она родила, когда Гагарин полетел в космос, и человечество протоптало тропинку к звёздам. Сына – когда войска СССР вошли в Прагу и начались процессы, закончившиеся развалом Союза. Заболела она после взрыва на Чернобыльской АЭС. Семья жила недалеко от взбесившейся станции и по количеству полученных рентген она приравнивалась к ликвидаторам.
Александр вдруг чётко вспомнил тот мартовский день, когда они впервые приехали в онкологическую клинику.

– Рак… Поздняя стадия! – поставил страшный диагноз седой, уставший доктор, рассматривая результаты обследования. – Гарантий никаких дать не могу.
– Избавиться от рака лучше всего с помощью пив, – некстати брякнул его выпивший ассистент.
– Сынок, может, не будем делать операцию? – мама по врождённой крестьянской скупости не любила тратить деньги неизвестно на что. – Сколько Бог даст, столько и проживу…
– Если джентльмен говорит даме: «Я понимаю тебя с полуслова», он имеет в виду: «Вы говорите вдвое больше, чем надо…» – пошутил он. – Если есть хоть малейший шанс, нужно бороться!

Тогда он решительно настоял на операции и выиграл для неё десять лет.
… Спать совершенно не хотелось, и Плотников в очередной раз вышел покурить в тамбур. Вспомнил, как мать постоянно ругала его за эту дурацкую привычку. Она была умной женщиной и часто говорила незабываемые слова.
– Умный человек отличается от глупого только одним, – мама улыбнулась, с любовью посмотрела на него.

По-другому она просто не умела.
– Глупый никогда не признаёт своих ошибок!
– Многие не признают…
Александр только теперь понял, какую он совершил ошибку пять дней назад. Мать, измученная бесконечными химиотерапиями и операциями, в последнее время чувствовала себя всё хуже. Сестра предложила забрать её к себе:
– Перезимует у меня!
– А как она перенесёт дорогу?
– Потом отдохнёт, наберётся сил.
– Хорошо, – смалодушничал он. – Приезжай…

Саша недавно развёлся и искренне думал, что матери будет лучше с дочерью. Сестра вскоре приехала и забрала её. Он отвёз их соседний городок, на узловую станцию. Там поезд стоял неоправданно долго, и было время спокойно устроиться в вагоне.

– Ну, всё, я побежал, – сын поцеловал мать в лоб. – Не обижай дочку…
– Скажешь тоже!

Мать в последнее время капризничала и на его слова похоже обиделась.
В тот раз Плотников легко спрыгнул с подножки вагона и рысцой побежал на стоянку машин. Время было позднее, и он хотел поскорее попасть домой.
– Чёрт! – выругался сын.
Внезапно он за что-то зацепился в темноте и упал плашмя прямо на тёплый асфальт. В самый последний момент всё же успел выбросить вперёд руки и приземлился на них всей тяжестью грузного тела. Ладони от соприкосновения с шершавой поверхностью оказались содранными до мяса.
– Как это могло случиться? – Саша стоял тогда посредине спящего перрона и не мог понять, как он хорошо играющий во все спортивные игры, начиная с хоккея, смог так позорно свалиться.

Только теперь, в прокуренном тамбуре он понял, что сама судьба останавливала его. Она буквально кричала:
– Стой! Остановись! Ты больше не увидишь мать живой… – из пораненных ладоней текла кровь. – Вернись и проведи с мамой последние минуты!
Он, к сожалению, ничего не слышал… Через день позвонила сестра, сказала, что доехали хорошо. Плотников поговорил с матерью и лёг спать.

Потом раздался злополучный звонок. Чувство вины покинуло его, когда он увидел мать в гробу. Она лежала такая помолодевшая, спокойная, что первой возникла мысль:
– Ей там лучше, нет боли и страданий! – он невольно смутился от пришедшей в голову крамолы. – Наверное, недаром понятие покойник происходит от слова покой…

Потом они вдвоём с сестрой остались у небольшого, сиротского холмика жёлтой земли. Молчали. Внезапно она сказала:
– Мама всегда тебя любила больше…
– Зачем так говоришь?
– Потому что ты сын.
– Что ты! – Александр попробовал не согласиться. – Ты была её любимой дочерью.
– Да, но в тебя она верила. Она хотела увидеть в тебе, что жизнь прожита не напрасно, и ты сможешь что-то сделать. То, что явиться оправданием всем её бедам, болезням и переживаниям. Ты был смыслом её жизни!

Брат не знал, что ответить на это, поэтому промолчал. Через некоторое время они собрались уходить домой. Уже на выходе из печального кладбища сестра тихо сказала.
– Не хотела говорить тебе сразу… – она слегка замешкалась. – Последние её слова, после которых она закрыла глаза и умерла, были: «Сыночка мой…»
– Сказала: «Сыночка мой» и умерла? – переспросил он.
– Да, – с нажимом сказала сестра. – Всегда помни об этом!

Александр, ошарашенный услышанным откровением, остановился, словно налетев с разгона на невидимую стену. Только теперь он до боли, до крика понял, что рядом с ним уже никогда не будем мамы. Никогда…

0 0 vote
Рейтинг статьи
Поделитесь публикацией
Subscribe
Уведомлять
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments