Чат неактивен
Главная Вопросы и Ответы Всё о Симе Деловой Сим Форум Блоги Объявления Фотогалерея Игры Свяжитесь с нами

Гость |  Войти

Мог ли победить Гитлер?

Тут можно потрындеть обо всём

Модератор: Chur

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт янв 07, 2016 11:41 am

Всё дело в минусе

Как из-за одного химика , немецкий 1-й воздушный флот полгода не мог бомбить Ленинград !
В начале октября 1941 года над Ленинградом был сбит Me-109. Пилот не дотянул до своих и посадил машину на окраине города.

Изображение
Пока патруль его арестовывал собралась толпа зевак, в которой затесался знаменитый советский химик-органик, ученик великого Фаворского, Александр Дмитриевич Петров. Из пробитых баков самолета стекало топливо и профессор заинтересовался, на чем летают самолёты люфтваффе. Петров подставил под струю пустую бутылку и с полученной пробой в лаборатории поставил ряд опытов в своей лаборатории в опустевших корпусах Ленинградского Краснознамённого химико-технологического института, персонал которого к тому времени был уже эвакуирован в Казань, в то время как Петров был оставлен следить за ещё не вывезенным имуществом.

В ходе исследований Петров обнаружил, что температура замерзания трофейного авиационного бензина была минус 14ºC, против минус 60ºC у нашего. Вот почему, понял он, немецкие самолёты не забираются на большие высоты. А как же они будут взлететь, когда температура воздуха в ленинградской области опустится ниже минус пятнадцати?

Химик оказался настырным и добился аудиенции у заместителя командующего ВВС Северо-Западного фронта. И так сразу с порога в лоб сообщил тому, что знает способ уничтожения всех вражеских флюгцойгов. У генерала возникли некоторого рода опасения, хотел даже людей в белых халатах вызвать. Но выслушав человека науки, он проявил к полученной информации интерес. Для полноты картины химику доставили образцы с аналогично приземленного Ю-87, потом еще разведчики из-за фронта притащили с аэродромов. В общих чертах результаты совпадали. Тут уж военные в обстановке строй секретности приготовили немцам уберрашунг и как рыбаки стали ждать с моря погоды. Все начальники, кто были в курсе дела, по несколько раз на дню задавались вопросом: «Вы не подскажете сколько сейчас градусов ниже нуля?» Ждали, ждали и наконец дождались: 30 октября на стол в штабе ВВС фронта легли дешифрованные воздушные фотоснимки аэродромов в Гатчине и Сиверской.
Изображение

Разведчики только в Сиверской обнаружили 40 Ю-88, 31 истребитель и четыре транспортных самолета. Утром 6 ноября в воздух поднялся 125-й бомбардировочный авиаполк майора Сандалова. С высоты 2550 метров наши Пе-2 обрушились на вражеские флюгплацы. Штурман ведущего бомбардировщика капитан В.Н.Михайлов сбросил бомбы точно на самолетную стоянку противника. Вражеские зенитчики свирепствовали, но ни одного истребителя в воздух немцы поднять не могли – мороз был ниже двадцати градусов. Через 15 минут Пешки сменила шестерка штурмовиков 174 шап, ведомая старшим лейтенантом Смышляевым. В это же время группа из девяти И-153 подавляла зенитную артиллерию, а затем пулеметным огнем обстреляла стоянки вражеских самолетов. Через два с половиной часа семерка бомбардировщиков 125 бап, ведомая капитаном Резвых, нанесла второй удар по аэродрому. Всего в налёте участвовало 14 бомбардировщиков, 6 штурмовиков и 33 истребителя.

За этим налётом последовали налёты и на другие аэродромы, в результате которых с немецкий 1-й воздушный флот генерал-полковника Альфреда Келлера понёс существенные потери и на некоторое время фактически потерял боеспособность. Конечно, немцы вскоре доставили своим авиаторам более качественный авиационный бензин, который выдерживал хотя и не 60-градусный мороз, но позволял запускать авиамоторы при минус 20 градусах. Однако способность наносить массированные бомбовые удары по Ленинграду флот восстановил лишь к апрелю 1942 года. Петров вскоре был эвакуирован в Москву, а в 1947 году возглавил там лабораторию института органической химии АН СССР. Дожил он до 1964 года.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт янв 21, 2016 1:39 pm

Наша армия за каждый день сражения на Курской дуге теряла до 10 тысяч бойцов...

Свою боевую машину — легендарный танк Т-34 — мы получили на заводе №174 в городе Омске. Было приятно осознавать, что мы, сибиряки, будем воевать на танках, собранных руками сибиряков. Тут же присваивались номера, которые наносились на броню. Нашему танку, как сейчас помню, достался номер 226.
Изображение

Мы ехали на фронт и думали: «Какая же она разная, наша Родина! Сколько достопримечательностей!». В восточной части страны следов войны не было, но когда мы достигли западных областей, то увидели разрушенные города, заводы и вереницы гражданского населения, которые шли с запада на восток.

По дороге познакомились. Старшим по званию был младший лейтенант, уроженец Курской области. Представился товарищам и я как сержант с Енисея. Механик-водитель говорит: «А я татарин, Аркадий Пустобаев». Радистом-пулеметчиком у нас был уже пожилой мужчина Стрелев, а заряжающим — совсем молоденький Коля Скорых.

В июле 1943 года мы были на исходном рубеже в районе Курского выступа. Тихой теплой ночью получили приказ выгружаться. Разрубили проволоку разгрузили танки. Тут же прибыли машины-заправщики. Привезли боеприпасы — по пятьдесят пять снарядов и по одному с укороченной гильзой.
В суете не заметил, как на соседнюю платформу прибыл эшелон с такими же танкистами. Мы, конечно же, рвались в бой, но нас обескуражили реплики тех, кто только что вышел из боя: «За одного битого не надо двух небитых».

Не меньше мы удивились, когда нас погрузили в вагоны, и эшелон тронулся назад, в Омск, получать новые танки. Выяснилось, что те танки, с которыми мы приехали, имели 76-миллиметровые орудия. Они не пробивали броню только что взятых немцами на вооружение королевских «тигров». Мы узнали, что в Омске нам нужно будет получить точно такие же Т-34, но уже с 85-миллиметровой пушкой.

Буквально за двое суток орудия были заменены. Поразило нас не только то, как оперативно выполняются заказы для фронта, но и мощь тыла. Например, только один танковый завод в Нижнем Тагиле выпускал по 40 танков в сутки, и все с 85-миллиметровыми пушками!
На танкодроме в Омске мы смогли воочию убедиться, насколько серьезна наша боевая техника. Каждому экипажу дали выстрелить по три раза. Оказалось, что наше орудие стреляет на 36 километров!

И вот мы снова на Курской дуге. Первый бой. Жутко видеть идущие на тебя «тигры» и «пантеры» с крестами и свастикой. Мы ударили по ближнему вражескому танку из орудия, он сразу загорелся. Пулеметы закончили дело, расстреляв экипаж, который покидал горящую машину. А для нас главная задача — в горячке боя не подставить врагу свой борт. Тогда — пропал!

Броня нашего танка накалилась, а тут еще стреляные гильзы падают, часть пороха в кабине догорает. Дышать нечем, два вентилятора едва успевают дым разгонять. Мы бьем и по нам стреляют. Тут многое зависит от механика-водителя. Но наш Аркадий Пустобаев оказался настоящим асом. На вид худощавый, казалось бы, в чем душа держится. Но он показал себя в бою. Ни на минуту не спасовал!
На поле все больше горящих танков — вражеских и наших. Горят трупы, в оставленных танках рвутся снаряды. Ад кромешный! От этих взрывов башни весом восемь тонн летят, как фанерные. За несколько метров. Командир кричит: «Фердинанд» слева!». Выстрел! И горит вражеское чудовище.

И тут по нашему танку долбануло. Да так крепко, что в глазах потемнело, и мы все оглохли. Я оглянулся на командира и вижу, что он сидит, шевелит губами, а я ничего понять не могу. Смотрю в триплекс — ствола у нашего танка нет, снарядом снесло, башню заклинило, не поворачивается. Кое-как добрались мы до своих. Посмотрели на свою изуродованную машину, погоревали. Но потом увидели, что не одни мы такими из боя вышли.

«Вот мы и «безлошадные»,— с горечью сказал командир, желая нас подбодрить.— Давайте хоть сухой паек уничтожим, что ли! Сутки не жрамши!». Да какой там паек! Есть не хотелось от увиденного и пережитого. Оглянулись на наш изуродованный танк, а там еще прибавилось искалеченных машин, вышедших из боя. Так и собрались мы все в группу «безлошадных».

Вот тут-то мне и довелось встретить знаменитого командира Ротмистрова. Подошел к нам и спрашивает: «Раненые есть?». Мы ответили, что нет,— только контуженые. «Ну, раз такое дело, раз руки-ноги целы, поедете в Челябинск получать новые машины. И поскорее возвращайтесь обратно, товарищи. Мы вас очень ждем, видите, что здесь творится».

Надо сказать, в Челябинске нас уже ждали. Большинство танков стояли на платформе, готовые к отправке на фронт. Доводку снаряжения проводили совместно с заводскими работниками. Поэтому уже 20 июля мы снова были на Курской дуге.

И сразу почувствовали, что враг уже не тот, что был раньше. Наступление немцев провалилось. У врага ощущался недостаток боеприпасов и горючего. И танков у него стало меньше, да и мы пороха понюхали изрядно. И уже стреляли наверняка.
А через несколько дней сражение на Курской дуге победоносно завершилось. «Немцы потеряли в нем почти полмиллиона солдат и офицеров и около 1500 танков. Наши потери составили 800000 солдат и офицеров и 5000 танков» (Из книги Г.К. Жукова «Воспоминания»).

Наша, армия за каждый день сражения на Курской дуге теряла до 10 тысяч бойцов. Мы сражались с очень грозным врагом. Победить «тигр» не так-то просто. Не каждый снаряд брал его лобовую 22-сантиметровую броню. «Тигр» был к тому же оснащен четырьмя крупнокалиберными пулеметами, которые били точнее наших. И к началу Курской битвы нам по-настоящему еще никто не помогал. Мы бились один на один. Другой бы народ не выстоял, наш победил! Мы были молодыми, необстрелянными и противостояли войску, которое прошло хорошую школу.

Большую роль в победе под Курском сыграли партизаны, которые взрывали вражеские эшелоны и нарушали нормальное снабжение немецкого фронта. Не все участники сражения смогли получить заслуженные награды. Я видел по телевизору, что в Подольске еще лежат 640 тысяч наградных листов».
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Вт фев 02, 2016 1:44 pm

ШТРАФНЫЕ БАТАЛЬОНЫ ВЕРМАХТА

Многие свято верят в то, что штрафные батальоны – страшное изобретение Сталина, который не гнушался самыми грязными методами, чтобы победить в войне. Однако Коба не является новатором в этой области. Систему подобных военных подразделений он позаимствовал у врага. Да, именно фашисты, задолго до вторжения в СССР формировали целые бригады, в состав которых входили бывшие преступники и антисоциальные элементы.

О штрафниках Вермахта мало что известно. До наших дней дошли лишь обрывки информации, по которым мы можем восстановить события тех дней.

Изображение
Приход Гитлера к власти ознаменовался массовыми арестами. По декрету "О защите народа и государства" хватали всех, кто так или иначе провинился перед Третьим Рейхом. Но фюрер не учел того факта, что места в исправительных учреждениях скоро закончатся. Многие тюрьмы не выдерживали наплыва все новых и новых партий зэков. И тогда в Вермахте нашли простое и эффективное решение.
В 1936 году было сформировано первое подразделение, личный состав которого был сформирован из военных заключенных, которые оказались за решеткой в силу своего образа мысли, расходящегося с идеологией партии, либо по причине аморального поведения и систематического нарушения устава.
Изначально в каждом роде войск было создано по одному подразделению. Но вскоре непрерывный поток штрафников заставил генералов сформировать регулярные части, численность которых превышала 5 тысяч человек. Новых "воспитанников" присылали командиры подразделений и военный трибунал.

Изображение
Самых упрямых и отчаянных выгоняли из армии и передавали в руки полиции, которая обычно отправляла упрямца в концентрационный лагерь. Но таких наглецов было немного. За первые три года существования штрафных подразделений в лагеря отправились всего 120 человек, ибо каждый заключенный понимал, что лучше проходить тяжелую службу под неустанным надзором командиров, чем умирать от голода за забором лагеря.
Начало Второй Мировой войны ознаменовалось роспуском штрафных подразделений. Фюрер посчитал, что штрафники неблагонадежны и дезертируют с поля боя при первой возможности. Но вскоре вопрос о создании новых батальонов встал ребром. Концепция была пересмотрена.

Проштрафившимися считали солдат, трудно поддающийся воспитанию. Вот список "грехов" за которых человека могли сослать в исправительное подразделение: "ленивые, небрежные, грязные, недовольные, упрямые, антисоциальные и асоциальные личности, бездушные (именно такая формулировка), жестокие, лживые, мошенники, безвольные, психопаты".

Изображение
В 1942 году обстановка на фронте накалилась. По приказу генерального штаба было сформировано "испытательное подразделение 500", которое формировалось из солдат и офицеров, которые провинились на фронте. Попав в этот батальон, военнослужащий лишался всех званий, наград и регалий. 500-е батальоны отправляли на самые трудные участки фронта. Например, 561-й батальон вел кровопролитные бои с красноармейцами у Синявинских высот под Ленинградом. Обе стороны понесли колоссальные потери. Земля была буквально усеяна трупами на много километров. Именно 500-е батальоны немцы впервые использовали в качестве заградотрядов, хотя впоследствии всячески отрицали этот факт.

Был еще один вид "испытательных подразделений", с порядковым номером 999. В них отправляли узников концентрационных лагерей. Именно они становились пушечным мясом, которое гнали на убой заградотряды. Срок пребывания в таком подразделении составлял от 3 до 6 месяцев. Лишь один из десяти штрафников доживал до конца своего срока, после чего его переводили в 500-е подразделения, где он мог полностью реабилитироваться перед Рейхом.

Изображение
Однако было среди "штрафников" особое подразделение, под названием дивизия СС «Дирлевангер». Его история начинается с командира Оскара Дирлевангера, который воевал еще в Первую Мировую. На полях сражений Оскар получил два Железных креста. После войны он учился в университете, где получил докторскую степень в области политологии.

Дирлевангер был отморозком и психопатом. Его отправили в тюрьму после того, как застали за растлением своей тринадцатилетней ученицы. Два года заключения не изменили его отношения к женскому полу, и вскоре он вновь очутился в тюрьме по той же статье. Но доктор был хорошим другом нацистского бонзы Генриха Гиммлера, который помог Дирлевангеру вскоре выйти из тюрьмы.

Старого развратника отправили в Испанию, где он командовал легионом "Кондор", сражавшемся на стороне генерала Франко. Там его трижды ранили, после чего Оскар возвращается в Германию, где ему дают чин унтерштурмфюрера СС и назначают командиром браконьерского подразделения «Ораниенбург». Его формировали из бывших охотников, осужденных за браконьерство. Группа использовалась для выполнения разведывательных операций в лесах Европы.

Ввиду успешности подразделения, его штат расширили до 300 человек и переименовали в Зондеркоманду «Доктор Дирлевангер». В 1941 году батальон отправляют в Польшу, для борьбы с местными партизанами. Личный состав комплектовался не только из браконьеров, но также из убийц, насильников, грабителей и гомосексуалистов. Попав в Польшу, "бойцы" принялись заниматься любимым делом. Они насиловали, убивали, грабили и жгли целые деревни. В июле 1942 этот батальон уничтожил более 200 мирных жителей. Через несколько месяцев группу Дирлевангера отправили в Белоруссию, где они побили свой собственный рекорд, уничтожив за несколько недель 1050 человек (в основном женщин, детей и стариков).

Изображение
Дирлевангер набирал личный состав исключительно из числа осуждённые за особо тяжкие преступления. Благодаря своим "достижениям" зондеркоманда удостоилась звания регулярного подразделения, а сам командир получил очередной Железный крест. Даже эсэсовцы ненавидели и боялись их.

Но в 1943 году группу послали на фронт. Там им противостояли не беспомощные мирные жители, а хорошо вооруженные и обученные части Красной Армии. В первом же бою каратели и душегубы потерпели сокрушительное поражение ввиду отсутствия элементарных навыков ведения боя. После чего группу отправили в тыл для переформирования. С тех пор отряд выполнял боевые задачи только в тылу. В основном их привлекали к подавлению восстаний на оккупированных территориях. К этому моменту количество ранений самого Оскара Дирлевангера достигло двенадцати и он получил пятый Железный крест. Но это не спасло его от расправы.

В 1945 году новым командиром подразделения становится Фриц Шмедес, а Дирлевангера отправляют в баварский госпиталь. В апреле 1945 года Шмедес, вместе со своими солдатами сдается в плен американцам, в надежде на то, что с ними обойдутся как с военнопленными. Но союзники предпочитали не связываться со штрафниками. Весь личный состав дивизии был расстрелян на месте. СамДирлевангер попал в руки поляков из французского оккупационного корпуса. После нескольких дней пыток он скончался. На этом кровавая история штрафников Третьего Рейха заканчивается. Но они навсегда оставили свой ужасный след на страницах Второй Мировой войны.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Вт фев 16, 2016 1:39 pm

Провал фашистской операции «УЛЬМ» на Урале в 1944 году


В годы Великой Отечественной войны Урал являлся одним из важнейших регионов страны по производству вооружения и боеприпасов. Достаточно отметить, что из 98 тысяч танков, выпущенных промышленностью в годы войны, 27 тысяч сошли с конвейера Нижнетагильского танкового завода.
Важнейшей особенностью Урала являлась недосягаемость для вражеской авиации. Правда немецкие бомбардировщики Ю-88 и Х-111 имели возможность в 1942 и 1943 годы бомбить Урал, но только без истребительного сопровождения, что являлось риском больших потерь самолетов в русском тылу. Поэтому вынашивались планы усиления разведывательной и диверсионной деятельности немецких спецслужб.

Поскольку Указом ПВС СССР от 20 июля 1943 года Народные комиссариаты внутренних дел и Государственной безопасности были объединены в единый Народный комиссариат внутренних дел (14 апреля 1943г. Указом ПВС СССР НКВД вновь разделен на НКВД и НКГБ), то органы милиции тесно взаимодействовали с оперативно-чекистскими подразделениями в борьбе с вражеской агентурой. Так, в августе 1942 года начальник паспортного стола лейтенант милиции М.П. Фадеев разоблачил немецкого агента, обратившегося за получением паспорта и предъявившего справки партизана Великой Отечественной войны. В мае 43-го работники Кунгурской милиции задержали агента немецкой разведки, обосновавшегося в одном из государственных учреждений. Подобные факты имели место в Свердловской области и других местах.

После поражения немцев под Сталинградом и Курском в ведомстве рейхсфюрера СС Гитлера был разработан проект «УЛЬМ» по уничтожению оборонной промышленности Урала, в котором предусматривались широкомасштабные диверсии против военных и металлургических заводов. Поскольку эти предприятия охранялись частями НКВД и ВОХР, подрыву подлежали, в первую очередь, электростанции, магистральные линии электропередач, угольные шахты, железные дороги, мосты и все, что могло остановить или нарушить работу заводов. В августе 1943 года в недрах немецкого разведоргана «ЦЕППЕЛИН» 70 агентов, из которых 50 должны были быть отобраны в группу «УЛЬМ», приступили к спецподготовке.

Перед группой ставилась задача: приземлиться на Урале мелкими группами, разойтись по намеченным маршрутам, держа связь с центром по радио, и начать по его указанию диверсионные действия. В состав формирования «УЛЬМ» (50 человек) входили военнопленные хорошо знавшие города Златоуст, Магнитогорск, Нижний Тагил, Омск, Свердловск (Екатеринбург), Челябинск.

Передовая группа (северная) в составе 7 человек должна была десантироваться предположительно в 50-60 километрах северо-восточнее города Кизела. Вылет южной группы с приземлением в 200-400 километрах южнее для уничтожения заводов в городах Свердловске и Челябинске планировался сразу после приема радиограммы из Советского тыла о приземлении передовой группы. Она была отлично экипирована: от саней и лыж до аптечек и альпийских защитных очков. Помимо оружия, боеприпасов, взрывчатки и пр. ее участники были снабжены ядом, отравленным коньяком и папиросами, масками, предохраняющими от холода, и т.д.

В начале февраля 1944 года Пермские чекисты получили из Москвы телефонограмму в которой сообщалось, что германским разведотрядом «ЦЕППЕЛИН» подготовлена к заброске в тыл группа агентов-диверсантов «УЛЬМ». Через несколько дней в Юрлу позвонили кировские чекисты и сообщили, что в окрестностях поселка Сюзьва в ночное время с самолета дальней авиации выброшен диверсионный отряд. Из райцентра и Кировской области в Сюзьву в экстренном порядке прибыли поисковые отряды. Такой же отряд был организован из числа жителей поселка.
Итак, 18 февраля 1944 года северная группа диверсантов в составе 7 человек была сброшена по непонятным причинам вместо намеченного приземления недалеко от города Кизела в Юрлинском районе Молотовской (Пермской) области. Приходится только гадать почему диверсанты были десантированы не по назначению.

Сотрудник ФСБ России по Свердловской области Владимир Кашин предполагает в своих записках, что возможно пилоту не хватило топлива на оставшиеся 300 километров до «расчетной точки», возможно летчик просчитался в условиях зимней ночи и перепутал огни небольшого поселка с городскими, а возможно он запаниковал и испугался «точки возврата», не дотянув до Камы. Таким образом диверсанты были выброшены в совершенно незнакомой местности Юрлинского района, на малонаселенной территории, где находились только два поселка: Чус и Сюзьва. Место покрытое тайгой и болотами, называемое «гиблым лесом». Забегая вперед следует заметить, что только после задержания оставшихся в живых, диверсанты узнали, что были сброшены не по назначению.

Ночь 18 февраля для них была трагической. Сброшенных на парашютах диверсантов и их грузы разбросало по тайге в радиусе нескольких километров. Первым в эту ночь погиб радист Марков (из белоэмигрантов). Застряв на дереве, и запутавшись в стянувших его парашютных стропах, он скончался от обморожения. Командир группы Тарасов (белоэмигрант) жестко приземлился и не способный двигаться обморозил ноги. Боясь окончательно замерзнуть, он стал усиленно согреваться спиртом. От полного бессилия решил отравиться имевшимся штатным средством, но после спирта яд двойной дозы стал действовать как слабительное. От поноса, обезвоживания организма и головокружения он застрелился.

Бывший красноармеец-военнопленный Гареев тоже сильно обморозился в ту ночь и застрелился. Четвертый диверсант, он же второй радист Канеев дождался рассвета и даже попытался выйти на связь с разведцентром, но безрезультатно. Позже у него началась гангрена обмороженных конечностей. Пуля сослуживца оборвала его мучения. Оставшихся в живых диверсантов настиг голод. В поисках друг друга в условиях глубокого снежного покрова им понадобилось несколько суток. Голод привел к тому, что они ели трупное мясо. Поскольку группа не вышла на связь с центром, немцы отказались от продолжения операции.

Поисковые отряды в течении двух суток искали в заснеженной тайге вооруженных до зубов диверсантов. Каждый раз, когда люди приближались к врагам, они бесследно исчезали в лесной глуши, оставляя пустые консервные банки. Чтобы не обнаружить себя, фашисты даже не разводили костров, видимо пользовались спальными мешками. Так диверсионная группа блуждала по сюзьвенской тайге до лета. 6 июня диверсанты появились в деревне Кая Бисеровского района Кировской области. Пока крестьянка Устинья Кудашева, прикинувшаяся гостеприимной хозяйкой, подчевала троих обросших щетиной незнакомцев вареной картошкой, молодые девушки Маша Кудашева и Зина Семина по ее шепотку сообщили в милицию о появившихся дезертирах.

Однако, кировские милиционеры диверсантов не застали. Обвешанные оружием и рациями они в это время двигались по лесной дороге в направлении деревни Никишата в Юрлинском районе. У переправы через реку Чус их без боя задержала оперативная группа сотрудников НКВД. Все трое были осуждены на 15, 10 и 8 лет. Так бесславно закончилась операция «УЛЬМ».
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт фев 25, 2016 1:39 pm

Приключения Мартина Бормана

Мартина Бормана встречали под разными именами в Испании, Парагвае, в Австралии и однажды на футбольном матче в столице СССР. Его могилы есть в Аргентине, Италии, и даже на Лефортовском кладбище в Москве. Дата рождения – 1900 год – совпадает. Имя – Мартин Борман – соответствует. Доказательства его самоубийства 2 мая 1945 года в Берлине кажутся бесспорными, но не менее убедительно выглядит и его долгая послевоенная жизнь.

После того, как советские войска взяли Берлин, специально созданные команды из подразделений СМЕРШ принялись прочесывать помещения фюрера – бункера и окрестную территорию. Бормана не было ни среди живых, ни среди мертвых. Те, кто видел личного секретаря Гитлера в последние часы существования Третьего рейха, твердили одно: Борман убит. Кто-то видел его труп в танке, кто-то возле танка, на мосту, посреди Инвалиденштрассе.

У исследователей, проводивших дознание, складывалось впечатление, что их водят за нос, что свидетели сговорились и решили убедить русских, будто Борман мертв. Пропавшего нациста нужно было найти во что бы то ни стало! И не только для того, чтобы судить. А потому что вместе с Борманом исчезли партийные запасы золота на астрономическую сумму. Но главное – выяснилось, что на протяжении многих лет глава рейхсканцелярии вел двойную жизнь и выдавал себя за другого человека!

Изображение
Внешне Мартин Борман был больше похож на безобидного провинциального бухгалтера, чем на одного из первых лиц третьего рейха. Приземистый человек с приличным брюшком и головой, вечно втянутой в плечи. Всегда висящая мешком военная униформа. Заурядный образ дополнял бесформенный портфель, торчащий из-под мышки. Однако этого человека боялись все!

Жертвами его интриг пали многие, от телохранителей Гитлера и влиятельных генералов до таких политических тяжеловесов как Гиммлер, Геббельс и Геринг. Поговаривали, что его опасался сам Гитлер.

Кем же на самом деле был Мартин Борман? Еще во время войны американцам удалось перехватить радиограммы, которыми обменивалась Москва со своими агентами в Германии. Результаты расшифровки шокировали. Агент, скрывавшийся под псевдонимом Вертер, передавал военному руководству СССР оперативную и секретную информацию из самого сердца фашистской Германии. Он знал абсолютно всё о дислокациях и перемещении дивизий вермахта, их штатном составе и вооружении, стратегических и оперативных планах. Особый шок у американских специалистов вызвали подробные описания совещаний в узком кругу у фюрера. Он извещал Москву о точном времени появления Гитлера в зале заседаний, ухода оттуда, и о тех разговорах, которые происходили в его отсутствие.

Изображение
Убедить американцев в том, что Борман был советским шпионом, удалось руководителю западногерманской разведки – генералу Гелену. Он рассказал, что случайно один из его сотрудников увидел в кинотеатре тележурнал новостей с репортажем о футбольном матче в Москве. Дескать, среди советских зрителей на трибунах сидел Борман. Эту пленку немедленно нашли и проверили. Действительно среди болельщиков был человек, похожий на Бормана. Американцы тут же принялись тиражировать миф о том, что нацистский палач оказался агентом Кремля. А значит, в злодеяниях фашистов виновато и советское руководство.

Некоторые аналитики считают, запятнать советскую разведку тем, что на нее якобы, работал Борман, было очень выгодно американцам. Поскольку они сами сотрудничали с нацистами. Например, стараниями Соединенных Штатов избежал виселицы знаменитый нацистский диверсант Отто Скорцени.

Изображение
Это он выполнил дерзкую операцию по освобождению из заключения Бенито Муссолини. 12 сентября 1943 года Скорцени с группой парашютистов десантировался в горном районе Гран-Сассо. Именно там, в отеле «Кампо Императоре» содержался в заключении Муссолини, которого к тому времени сместили итальянцы. Хорошо охраняемого диктатора Италии, Скорцении освободил без единого выстрела и доставил в Мюнхен на ковер к Гитлеру. После чего Муссолини вернули в Италию, где под контролем немецких кураторов диктатор правил до 1945-го. 28 апреля Муссолини с любовницей поймали, а затем расстреляли итальянские партизаны.

Изображение
Мёртвые тела дуче и его любовницы Клары Петаччи перевезли в Милан, где подвесили за ноги на площади Лорето. Лицо бывшего диктатора было обезображено до неузнаваемости. А вот Скорцени, стараниями которого диктатура Муссолини продлилась на 2 года дольше, наказания избежал.

В сентябре 1947 г. американский военный трибунал в Дахау оправдал бравого гитлеровского вояку. В 1948 году Скорцени был вновь арестован - поступило требование о выдаче эсэсовца Чехословакии. Однако он при таинственных обстоятельствах бежал из заключения. По мнению экспертов, побег для диверсанта № 1 устроила военная полиция, с санкции американских спецслужб. В 1951 году имя Скорцени совсем вычеркнули из розыскных списков военных преступников.

Очевидно, американские генералы оценили по достоинству способности самого известного нацистского диверсанта Отто Скорцени, который затем, по некоторым данным, во время «Холодной войны» готовил диверсантов против Советского Союза.

В истории Отто Скорцени есть один любопытный момент. Исследователи не исключают, что он работал сразу на две разведки- американскую и израильскую. Причем, вербовка «Моссада», скорее всего, проходила с согласия ЦРУ.

Другими словами, Отто Скорцени был двойным агентом… Это было бы обыкновенной шпионской историей, но многие исследователи утверждают, что по заданию американских спецслужб Скорцени специально передавал Израилю ложную информацию о местонахождении нацистских преступников.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт мар 03, 2016 1:54 pm

Ислам в армии Гитлера

Солдаты 13-й горной дивизии СС на молитве. 1943г.
Изображение

На исламскую религию немцы, пожалуй, в своей оккупационной политике возлагали надежды поболе, чем на православие, т.к. заигрывание с исламом давало ценного союзника – Турцию, соседа с Северным Кавказом. Такие мысли посещали немцев ещё в Первую Мировую войну. В 1927 году в Берлине был создан Исламский Институт, а в 1932 году Берлинский отдел Исламского Всемирного Конгресса. С приходом нацистов все мусульманские организации попали под контроль Внешнеполитического отдела НСДАП.


Перед нападением на СССР немцы подготовили и исламский фактор. Цель – признанием религии привлечь на свою сторону население Северного Кавказа и крымских татар в Крыму, захватить Бакинскую нефть, получить в качестве союзника Турцию и продвигаться дальше на Тибет и в Индию. При Главном Управлении Имперской безопасности (РСХА) было создан при содействии эмигрантов из Российской империи институт «Туркестан», при котором имелась школа мулл («муллашулле»). Муллы готовились для коллаборационистских частей, укомплектованных из военнопленных мусульман и местного населения Кавказа и Крыма.

В разговоре с Геббельсом по поводу исламской религии в туземных формированиях глава СС Гиммлер заявил, что: «не имеет ничего против ислама, потому что он обещает мусульманам рай, если они погибнут в бою, - то есть эта религия очень прагматическая и привлекательная для солдат!».

На Ближнем Востоке сторонником германо-мусульманского союза был Великий муфтий Иерусалимский Амин эль-Хуссейни. Нацисты решили подключить его к своим мусульманским изысканиям – 6 ноября 1941 года муфтий прибыл в Берлин. Муфтий лично встречался с Риббентропом и Гитлером, остался в Германии и стал духовным лидером всех мусульманских формирований в Германии, воюющих как против Англии, так и против СССР.
Изображение


Великий муфтий Иерусалима Амин эль-Хуссейни беседует с добровольцами из азербайджанского легиона
Тезисы Амин эль-Хуссейни поражают воображение:
«1. Германия никогда не воевала против мусульманских стран.
2. Германия борется против мирового еврейства - главного врага ислама.
3. Германия борется против Англии и её союзников, которые угнетают миллионы мусульман.
4. Германия борется против большевизма, который тиранит 40 миллионов мусульман».

Коллаборационизм мусульман всемерно появился в оккупированной части Кавказа и в Крыму.
Достоверно известно, что с нетерпением прихода немцев ждали крымские татары и, конечно, их священники. В Крыму по свидетельству очевидца Эриха фон Манштейна: «Татары сразу же встали на нашу сторону. Они видели в нас своих освободителей от большевистского ига, тем более что мы уважали их религиозные обычаи…». Действительно, оккупационные власти с помощью местных восстанавливали старые мечети (50 мечетей) и даже строили новые. Следует отметить не столько антибольшевистский настрой крымских татар, сколько антирусский. Появилась возможность занять административные должности и терроризировать русских. Импонировало татарам и то, что немецкие власти построили свою систему грабежа так: у татар ничего не брать, у других – понемногу, а у русских (которых было в Крыму 49,6%) отбиралось по-максимуму, оскорбляли и унижали их. Невдомёк было татарам, что покончив с русскими и всеми другими, следующими жертвами должны были стать они.

Вот, что писала крымская газета в оккупированном Крыму:
«Великому Гитлеру – освободителю всех народов и религий! 2 тыс. татар дер. Коккозы и окрестностей собрались для молебна…в честь германских воинов. Немецким мученикам войны мы сотворили молитву…Весь татарский народ ежеминутно молится и просит Аллаха о даровании немцам победы над всем миром…Да благославит тебя Господь, наш великий господин Гитлер!». 10 марта 1943 года.
«Из послания А.Гитлеру, принятого на молебне более 500 мусульман г. Карасубазара: «Наш освободитель! Мы только благодаря Вам, Вашей помощи и благодаря смелости и самоотверженности Ваших войск сумели открыть свои молитвенные дома и совершать в них молебны…». 10 апреля 1942 года.

Несмотря на все заигрывания с крымскими мусульманами, немцы не соглашались выбрать крымского муфтия (он должен был стать духовным лидером всех мусульман и в Крыму и на Кавказе), т.к. желали делать минимум уступок при максимальном использовании ситуации. Ведь следующими жертвами, после уничтожения славян и других в Крыму, должны были стать и крымские татары, и кавказцы, поэтому упрочнять положение татар избранием муфтия они не желали. Хотя, например, сотрудник Министерства по делам оккупированных восточных территорий Герхард фон Менде был за такую уступку: «Исламский мир – это единое целое. Поэтому шаг Германии навстречу мусульманам на Востоке неминуемо вызовет соответствующие настроения у всех мусульман». Но военные заблокировали избрание крымского муфтия, т.к. к этому времени Крым стал фронтовым городом
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт мар 17, 2016 2:06 pm

«Я сыт Гитлером по горло»

«Майн кампф» возвращается на немецкие прилавки

Изображение
Книга Адольфа Гитлера Mein Kampf не переиздавалась в Германии 70 лет — до 31 декабря 2015 года права на нее принадлежали земле Бавария. Теперь публиковать ее может кто угодно, но только с критическими комментариями — не содержащие таковых издания по-прежнему запрещены. Открыл тему в пятницу, 8 января, поступивший в продажу объемный труд мюнхенско-берлинского Института истории (Institut für Zeitgeschichte): над 3 700 комментариями, которыми снабжена «коричневая библия», историки корпели шесть лет. В этот же день в берлинском театре HAU 1 известная группа Rimini Protokoll показала новый проект «Адольф Гитлер: Моя борьба, том 1 и 2» — плод 3-летних исследований послевоенной судьбы запрещенной книги и первую в истории театра попытку ее демистификации. Как встретили Mein Kampf обычные и необычные читатели в Берлине, наблюдала обозреватель Ольга Гердт.

«Иметь можно, читать — нельзя»
«У бабушки с дедушкой была эта книга. Они говорили: "Иметь можно, читать — нельзя", и убирали ее с полки каждый раз, когда приходили гости», — рассказывает молодой юрист Анна Гильсбах в спектакле «Адольф Гитлер: Моя борьба, том 1 и 2».

8 января вечером перед спектаклем в театре Hebbel am Ufer 1 (HAU 1) все спокойно. Афиш, впрочем, нет, как будто определенная стыдливость все же сопутствует теме, даже если речь о спектакле, который, по формулировке немецких критиков, «учит нас обращаться с историей, не впадая в историко-порнографический китч». Публика состоит скорее из поклонников Rimini Protokoll, чем из фанатов Гитлера. Экстремистов, срывавших осенью спектакль Fear Фалька Рихтера в Шаубюне, направленный точно так же против реставрации нацистской идеологии, не наблюдается. Основная масса — заядлые, но продвинутые в сторону современного театра, социально-ангажированные театралы. «Вы готовы к тому, что ваши внуки будут читать "Майн кампф" в школе?», — спрашиваю пожилую симпатичную пару. Отвечают, что нет, не готовы.

Проекты Rimini Protokoll чаще всего исследуют какую-нибудь важную общественную тему, опираясь на документальные свидетельства и личные истории, — ими со сцены делятся не актеры, а самые обычные люди, или эксперты, связанные с предметом обсуждения профессионально. Мимо готовящегося переиздания Mein Kampf авторы проекта Даниэль Ветцель и Хельгард Хауг пройти не могли — история их демифологизации «страшной книги», которую больше боятся, чем знают, началась три года назад.

Они искали книгу в немецких библиотеках, частных коллекциях, собирали информацию, записывали интервью, и без конца разговаривали друг с другом. Материала набралось на четыре часа. После сокращений получился спектакль, информационно предельно насыщенный. Такой нужно слушать во все уши и смотреть во все глаза.

Опытом личного общения с книгой со сцены делятся шестеро. Историк Сибилла Флюгге — она наткнулась на «Майн кампф» в 14 лет, прочла, и сраженная («Нет, я знала что он Dummkopf (дурак), но не настолько же?») подарила родителям на Рождество 1965-го года конспект, уместившийся в тонюсенькую тетрадь, которую Сибилла и демонстрирует публике. Израильский юрист, семья которого пережила Холокост, Алон Краус читал «Майн кампф» много раз и, в отличие от Анны Гильсбах, от корки до корки. Анна не добралась и до сотой страницы. «Я поняла, как это устроено, и мне надоело, стало опасно», — комментирует она уже после спектакля. Текст у Анны в телефоне в виде PDF-файла. Хотя бумажных изданий, вышедших с 1925 по 1945 годы на сцене хоть отбавляй — на всех языках.

Реставратор книг из Веймара Маттиас Хагебок еле удерживает в руках высокую стопку. Политолог и рэпер с турецкими корнями, музыкальный радикал и борец с национализмом Volkan T error подкладывает реставратору все новые и новые издания, развеивая по ходу дела мифы по поводу «запрещенной книги». В Индии ее можно купить на любом уличном развале, в Турции в 2005-м она стала бестселлером, которым зачитывались студенты, «Майн кампф» издавали в Египте, Америке, Ливане, а в Японии она вышла даже как манга-комикс. Зрители смеются над картинками из комикса, хотя от одних только тиражей книги — в Германии и по всему миру — волосы встают дыбом: фюрер давно уже «омайнкампфил» всю планету.

Не сказать, чтобы из предмета культа «Майн кампф» в ходе спектакля удалось превратить в обычный «предмет», один из многих на книжных полках, что служат тут основной декорацией. В финале полки складываются, образуя вдруг корешок гигантской книги Mein Kampf — как символ все еще доминирующего в общественном сознании фантома. Подобный демонтаж «книжного» мифа Римини уже проделывали: из спектакля по «Капиталу» Карла Маркса в новый проект перешел слепой радиоведущий Кристиан Шпремберг — его поставленный элегантный радиоголос своей нормальностью контрастирует с цитатами, которые он зачитывает из издания для слепых. Саркастичная метафора.

«Чтобы поджечь общежитие с беженцами, не надо читать "Майн кампф"» — уверен Даниэль Ветцель. В спектакле «опасную» книгу, как какой-то горячий предмет, эксперты бросают друг другу — кто не успел отдернуть руки и схватил, тому штрафное очко в виде красного кружочка лепят на одежду. Зрители смеются, хотя ассоциации эта метка вызывает самые страшные. Личные истории или факты, связанные с книгой, игры, имитирующие общественные опросы (от забавного «Кто считает, что не стремно сидеть в берлинском кафе и читать "Майн кампф" за чашкой кофе, перейдите на правую сторону сцены» — до провокационного «Кто считает, что новое издание с комментариями историков надо бесплатно распространять в интернете?») — они «ОБ ЭТОМ» разговаривают. Умно, спокойно. Без мистики и истерики.

Адольф Гитлер написал большую часть книги в 1924 году — когда отбывал тюремный срок после неудачного «пивного путча». На одной из карикатур журнала «Симплициссимус» 1925 года будущий фюрер втюхивает полную расистской ненависти брошюрку завсегдатаям пивной: «Что? Двенадцать марок за книжонку? Дороговато». К 1945-му тираж «книжонки» достиг 12 миллионов экземпляров. После самоубийства Гитлера запрещенная к переизданию она стала раритетом, но не таким уж редким. Больше фетишем. «Я видел американских туристов, купивших книгу отнюдь не для "прочесть" за много сотен евро в одной мюнхенской лавке» — говорит Даниэль Ветцель. — Для них это сувенир — как пивная кружка или кусок берлинской стены. И для нацистов это такой же фетиш».

На следующий день после начала продаж нового критического издания, в Berliner Morgenpost, посвятившей «Майн кампф» полосу, было опубликовано интервью с учителем, который неоднозначно относится к тому, что скоро, возможно, священную книгу национал-социалистов включат в школьную программу Берлина и Бранденбурга. Знать текст Гитлера надо, считает учитель, но читать его? Наряду с Гете, Шиллером и Херрндорфом? Он не уверен: «Уже с точки зрения языка это усилие, поскольку книга просто плохо написана».
Сам издатель Кристиан Хартманн не в восторге от текста, с которым пришлось иметь дело несколько лет: «Можно было провести жизнь с литературой и получше. Я сыт теперь Гитлером по горло».

Тем не менее «его борьба», снабженная справками, картами и иллюстрациями — всем тем, что призвано сделать ложь и подтасовки менее опасными, а плохую литературу более увлекательной, утром 8 января должна была поступить в продажу. Цена: 59 евро. Среди прочих магазинов — и в самый большой и уважаемый книжный Берлина, Dussmann.

«Издатели не рассчитали, что будет такой огромный спрос»
Ажиотажа в Dussmann не наблюдалось. Как и самого сочинения. А фолиант на 2000 страниц даже в таком большом магазине утаить невозможно. В разделе «Национал-социализм» все тихо: биография Гитлера, книжка про Геббельса, Холокост, Нюрнбергский процесс...
— А где «Майн кампф»? — стыдливо, словно порнографию, спрашиваю сотрудницу.
Она тоже смущена, но к вопросу готова: «А нету уже».
— Раскупили?

Разговаривать с журналистами сотрудникам магазина запрещено, поэтому меня связывают с пресс-службой Dussmann. «Алло? Тут теперь русская пресса. Нет-нет, не снимают. Без камеры». Пытаюсь выяснить, будет ли книга в магазине «живьем». Милейшая пресс-служба отвечает, что будет, но не сегодня и не завтра, так как возникли проблемы с доставкой: «Издатели не рассчитали, что будет такой огромный спрос, тираж ведь небольшой, всего четыре тысячи».

При тираже 4 000 экземпляров предварительных заказов на книгу оказалось 15 000 — уже в январе планируют второе и третье издание, чтобы удовлетворить все запросы. Не 12 миллионов, конечно, но все же... «Вы бы купили Mein Kampf за 59 евро?» — обращаюсь я к молодому человеку, как выясняется, студенту. «Дороговато, — отвечает студент, точно как завсегдатай пивной на картинке 1925 года. — Но я бы прочел, мне кажется, всем надо прочесть. Чтобы понимать, что риторика националистов, ратующих за сохранение немецкой культуры, не так безобидна».
«Я могу делать с Гитлером все, что захочу»

Одну из точек зрения на новую публикацию в эти дни транслировали, кажется, все немецкие СМИ. Президент Еврейского всемирного конгресса Рональд С. Лаудер считает распространение главного документа нацистской пропаганды безумием: «Эту книгу надо запереть в шкафу с другими ядами».

После спектакля Rimini Protokoll «Адольф Гитлер: Моя борьба, том 1 и 2» один из зрителей захотел получить прямой ответ на прямой вопрос: «Я так и не понял, считаете ли вы эту книгу опасной?» Ответ был достаточно внятный: авторы спектакля хотели бы видеть эту книгу «одной из многих» и относиться к ней как рэпер Volkan T error, вдоволь поглумившийся над фюрером в музыкальных темах: «Гитлер — не особенный, и я могу сделать с ним все, что захочу».
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Пт мар 25, 2016 1:54 pm

Красные гитлеровцы

Изображение
О бывших советских генералах и офицерах, перешедших во время Великой Отечественной на сторону фашистов, написаны сотни, если не тысячи книг, не говоря уже о газетных заметках. А о гитлеровских военных, воевавших под знамёнами Красной Армии, – почти ничего. Но ведь были среди них и весьма примечательные фигуры – чего стоит один только правнук самого Отто фон Бисмарка, граф Генрих фон Айнзидель. Плечом к плечу с красноармейцами сражались немцы из Союза германских офицеров, а у коллаборационистского Комитета освобождения народов России (КОНР) генерала Андрея Власова был советский аналог – Национальный комитет «Свободная Германия», в руководство которого входил генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс. Гитлеровские военные участвовали даже в партизанском движении, а один из них удостоился Золотой звезды Героя Советского Союза, правда, посмертно.

До сих пор историки спорят, с чьей стороны было больше перебежчиков – с советской или с германской. Как правило, те, кто придерживается мнения о сравнительно небольшом числе перешедших на советскую сторону гитлеровцев, оперируют официальной статистикой НКВД. А она такова: за годы войны «завербовано для подрывных и разведывательных мероприятий из числа военнопленных сотрудниками НКВД: 5341 немец, 1266 румын, 943 итальянца, 855 венгров, 106 финнов, 92 австрийца, 75 испанцев, 24 словака». Но, во-первых, речь идёт лишь о тех, кого вербовали сотрудники НКВД, а кроме них вербовкой занимались ещё несколько ведомств. И, во-вторых, учтены лишь разведчики и диверсанты. Стало быть, статистика неполная – в ней, к примеру, нет данных о красноармейских подразделениях Союза германских офицеров. Кстати, эти подразделения не раз отличались в боях с гитлеровцами, в частности во время Зеловско-Берлинской операции. По свидетельству немецкого мемуариста Хельмута Альтнера, «они шли в бой в немецкой форме, с немецкими наградами и отличались от гитлеровских войск только повязкой на рукаве, выполненной в цветах флага Веймарской Республики (нынешнего флага ФРГ. – Ред.)». Так что вопрос о точном числе перебежчиков пока остаётся открытым.

Самым известным перебежчиком был правнук первого канцлера Германии
Первым германским перебежчиком принято считать Альфреда Лискова – солдата вермахта, сообщившего советским военным о готовящейся войне за день до её начала. Лисков служил в 15-й пехотной дивизии, дислоцированной в районе Сокаля (нынешняя Львовская область Украины) – это подразделение должно было пересечь нашу границу одним из первых. Узнав о готовящемся наступлении, 21 июня Лисков бежал из части, переплыл Буг и около 9 часов вечера сдался пограничникам-красноармейцам. Всё лето Лисков участвовал в пропагандистских мероприятиях Коминтерна, а осенью поругался с его руководителем Георгием Димитровым. И тот объявил перебежчика «фашистом и антисемитом». Лискова арестовали, а в 1942 году его расстреляли.

Узнав о том, что один из его любимцев перешёл на сторону врага, Гитлер объявил щедрую награду за то, чтобы его вернули в рейх живым или мёртвым, – целых полмиллиона рейхсмарок… Через два дня после начала войны в окрестностях Киева неожиданно сел немецкий бомбардировщик «юнкерс». Весь его экипаж – в составе Ганса Германа, Ганса Кратца, Вильгельма Шмидта и Адольфа Аппеля – добровольно сдался в плен. Как сообщило «Совинформбюро», «не желая воевать против советского народа, лётчики предварительно сбросили бомбы в Днепр, а затем приземлились неподалёку от города, где и сдались местным крестьянам». Примеру экипажа «юнкерса» только за два летних месяца первого года войны последовали не менее двух десятков других немецких лётчиков.

Но самым известным асом-перебежчиком был, бесспорно, Генрих фон Айнзидель. Аристократ, правнук первого канцлера Германской империи Бисмарка, фон Айнзидель, которому к началу Второй мировой едва исполнилось 20 лет, пользовался покровительством самого Гитлера. Служил он в элитной 3-й истребительной эскадре, названной в честь знаменитого лётчика-аса Первой мировой Эрнста Удета. В боях под Белградом и Парижем лейтенант фон Айнзидель сбил два десятка самолётов, а в 1942 году Гитлер отправил его на Восток, напутствовав: «Наведите порядок в небе над Сталинградом, граф. Я верю, что вы это сделаете». Правнука Бисмарка сбили над Сарептой, он попал в плен, и его отправили в офицерский лагерь под Москвой. Там он познакомился с Фридрихом Паулюсом, с которым они и создали, можно сказать, коллаборационистский комитет «Свободная Германия». Узнав о том, что один из его любимцев перешёл на сторону врага, Гитлер объявил щедрую награду за то, чтобы его вернули в рейх живым или мёртвым, – целых полмиллиона рейхсмарок, несметные по тем временам деньги. Но судьба улыбнулась потомку Бисмарка: после войны он уехал в Германию, где и дожил до преклонных лет.

«Немецкого Власова» дважды приговорили к смерти, но не казнили
Судьба генерал-лейтенанта Вальтера фон Зейдлиц-Курцбаха сложилась чуть менее драматично, чем у одиозного руководителя КОНР. Дивизия, которой он командовал, участвовала в прорыве «линии Мажино» и прошла победным маршем по Польше и Голландии. За это фюрер наградил своего геройского генерала Рыцарским Железным крестом. На Восточном фронте фон Зейдлиц-Курцбах оказался в первые дни войны, а в январе 1943-го генерала пленили вместе со штабом вверенного ему незадолго до этого корпуса. Зейдлиц-Курцбах был, что называется, «военной косточкой» и не слишком-то жаловал «выскочку» фюрера. В лагере военнопленных он, вместе с генералами Отто Корфесом, Мартином Латтманом и Александром фон Даниэльсом, принял решение о сотрудничестве с советскими властями с целью свержения Гитлера.

Осенью 1943 года на учредительной конференции в Лунёво фон Зейдлиц-Курцбаха выбрали председателем Союза германских офицеров, а затем и заместителем председателя Национального комитета «Свободная Германия». За глаза советские генералы стали называть фон Зейдлиц-Курцбаха «немецким Власовым». Тем временем военный суд Дрездена заочно приговорил генерала к смертной казни. В конце войны Союз германских офицеров распустили, и следующие пять лет своей жизни генерал работал в военно-историческом управлении Генштаба СССР. Но после того как фон Зейдлиц-Курцбах обратился с просьбой о репатриации в советскую зону оккупации, его арестовали. В 1950 году в СССР отменили мораторий на смертную казнь и генерала вновь приговорили к высшей мере – второй раз в жизни. Но затем «вышку» ему заменили 25 годами заключения и отправили в Бутырку, где и продержали пять лет. На свободу он вышел в 1955-м и сразу же вернулся в ФРГ.
Партизана «Иван Иваныча» наградили Золотой звездой Героя посмертно

Даже внешне Фриц Шменкель чем-то напоминал бравого солдата Швейка, героя романа Ярослава Гашека. Невысокий, плотного телосложения парень особым геройством явно не отличался: когда в 1938 году его призвали на службу в вермахт, он предпочёл «откосить», сославшись на слабое здоровье. Далее были госпитали и койка в доме для умалишённых – всё как у Гашека. А затем «отказника» Шменкеля поместили в тюрьму. В общем, пришлось попроситься на войну, чтобы не сгнить в камере с уголовниками. В чине ефрейтора Шменкель попал на Восточный фронт. Но долго ему воевать за родную страну не пришлось – осенью 1941-го он сбежал из расположения части и скрывался в деревнях Смоленской области, пока его не поймали полицаи. Посадили Шменкеля в сарай под замок. А тут – партизаны.

Партизанский отряд, в который попал Шменкель, назывался «Смерть фашизму». Поначалу наши собрались пленника расстрелять. Но каким-то чудом немцу удалось доказать, что и он, в общем-то, тоже против Гитлера. Ладно, сказали партизаны, проверим тебя в бою. И в первой же перестрелке с фашистами Шменкелю удалось отличиться: он застрелил немецкого снайпера, который вёл по партизанам прицельный огонь из засады. В августе 1942 года Шменкель, переодевшись в немецкую форму, захватил без боя 11 полицаев и передал их партизанскому суду. Дальше – больше.

Раздобыв где-то форму немецкого генерала, Шменкель остановил немецкий обоз с продовольствием и боеприпасами и отправил его в лес, прямиком к партизанской засаде. Кончилось тем, что гитлеровцы узнали о немецком солдате, партизанящем вместе с русскими, назначили большую награду за его голову. А партизаны к тому времени уже держали Шменкеля за своего и даже звали его не Фрицем, а Иван Иванычем.
В начале 1944 года неподалёку от Минска бравого Шменкеля пленили гитлеровцы. 22 февраля его расстреляли по приговору военно-полевого суда…
В 1964 году Фрицу Шменкелю присвоили звание Героя Советского Союза – посмертно.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт мар 31, 2016 1:58 pm

Советские женщин в рядах РККА в Великой Отечественной войне...

С первых дней войны в Красную Армию были мобилизованы десятки тысяч женщин-медработников. Тысячи женщин добровольно вступали в армию и в дивизии народного ополчения. На основании постановлений ГКО от 25 марта, 13 и 23 апреля 1942 г. началась массовая мобилизация женщин. Только по призыву комсомола воинами стали 550 тыс. советских женщин. 300 тыс. – призваны в войска ПВО. Сотни тысяч – в военно-медицинскую и санитарную службу, войска связи, дорожные и другие части. В мае 1942 г. принято еще одно постановление ГКО – о мобилизации 25 тыс. женщин в ВМФ.

Из женщин были сформированы три авиаполка: два бомбардировочных и один истребительный, 1-я отдельная женская добровольческая стрелковая бригада, 1-й отдельный женский запасной стрелковый полк

Изображение
Созданная в 1942 г. Центральная женская снайперская школа подготовила 1300 девушек-снайперов.
Рязанское пехотное училище им. Ворошилова готовило женщин-командиров стрелковых подразделений. Только в 1943 г. его окончило 1388 человек

В годы войны женщины служили во всех родах войск и представляли все воинские специальности. Женщины составляли 41% всех врачей, 43% фельдшеров, 100% медсестер. Всего в Красной Армии служили 800 тыс. женщин

Однако женщины-санинструкторы и санитарки в действующей армии составляли лишь 40% что нарушает сложившиеся представления о девушке под огнем, спасающей раненых. В своем интервью А.Волков, прошедший всю войну санинструктором, опровергает миф о том, что санинструкторами были только девушки. По его словам, девушки были медсестрами и санитарками в медсанбатах, а санинструкторами и са-нитарами на передовой в окопах служили в основном мужчины.

«На курсы санинструкторов даже мужиков хилых не брали. Только здоровенных! Работа у санинструктора потяжелей, чем у сапера. Санинструктор должен за ночь минимум раза четыре оползти свои окопы на предмет обнаружения раненых. Это в кино, книгах пишут: она такая слабая, тащила раненого, такого большого, на себе чуть ли не километр! Да это брехня. Нас особо предупреждали: если потащишь раненого в тыл – расстрел на месте за дезертирство. Ведь санинструктор для чего нужен? Санинструктор должен не допустить большой потери крови и наложить повязку. А чтоб в тыл его тащить, для этого у санинструктора все в подчинении. Всегда есть, кому с поля боя вынести. Санинструктор ведь никому не подчиняется. Только начальнику санбата»

Не во всем можно согласиться с А.Волковым. Девушки-санинструк-торы спасали раненых, вытаскивая их на себе, волоча за собой, тому есть множество примеров. Интересно другое. Сами женщины-фронтовички отмечают несоответствие стереотипных экранных образов с правдой войны.

Изображение
Например, бывший санинструктор Софья Дубнякова говорит: «Смотрю фильмы о войне: медсестра на передовой, она идет аккуратная, чистенькая, не в ватных брюках, а в юбочке, у нее пилоточка на хохолке…. Ну, неправда!… Разве мы могли вытащить раненого вот такие?.. Не очень-то ты в юбочке наползаешь, когда одни мужчины вокруг. А по правде сказать, юбки нам в конце войны только выдали. Тогда же мы получили и трикотаж нижний вместо мужского белья»

Изображение

Кроме санинструкторов, среди которых были женщины, в санротах были санитары-носильщики – это были только мужчины. Они тоже оказывали помощь раненым. Однако их основная задача – выносить уже перевязанных раненых с поля боя.

3 августа 1941 г. нарком обороны издал приказ №281 «О порядке представления к правительственной награде военных санитаров и носильщиков за хорошую боевую работу». Работа санитаров и носильщиков приравнивалась к боевому подвигу. В указанном приказе говорилось: «За вынос с поля боя 15 раненых с их винтовками или ручными пулеметами представлять к правительственной награде медалью “За боевые заслуги” или “За отвагу” каждого санитара и носильщика». За вынос с поля боя 25 раненых с их оружием представлять к ордену Красной Звезды, за вынос 40 раненых – к ордену Красного Знамени, за вынос 80 раненых – к ордену Ленина

150 тыс. советских женщин удостоены боевых орденов и медалей. 200 – орденов Славы 2-й и 3-й степени. Четверо стали полными кавалерами ордена Славы трех степеней. 86 женщин удостоены звания Героя Советского Союза

Во все времена служба женщин в армии считалась безнравственной. Много оскорбительной лжи существует о них, достаточно вспомнить ППЖ – походно-полевая жена.

Как ни странно, подобное отношение к женщинам породили мужчины-фронтовики. Ветеран войны Н.С.Посылаев вспоминает: «Как прави-ло, женщины, попавшие на фронт, вскоре становились любовницами офицеров. А как иначе: если женщина сама по себе, домогательствам не будет конца. Иное дело при ком-то...»

А.Волков рассказал, что когда в армию прибывала группа девушек, то за ними сразу «купцы» приезжали: «Сначала самых молодых и красивых забирал штаб армии, потом штабы рангом пониже»

Осенью 1943 г. в его роту ночью прибыла девушка-санинструктор. А на роту положен всего один санинструктор. Оказывается, к девушке «везде приставали, а поскольку она никому не уступала, ее все ниже пересылали. Из штаба армии в штаб дивизии, потом в штаб полка, потом в роту, а ротный послал недотрогу в окопы»

Зина Сердюкова, бывший старшина разведроты 6-го гвардейского кавкорпуса, умела держаться с бойцами и командирами строго, однако однажды произошло следующее:
«Была зима, взвод квартировал в сельском доме, там у меня был закуток. К вечеру меня вызвал командир полка. Иногда он сам ставил задачу по засылке в тыл противника. На этот раз он был нетрезв, стол с остатками еды не убран. Ничего не говоря, он бросился ко мне, пытаясь раздеть. Я умела драться, я же разведчик в конце концов. И тогда он позвал ординарца, приказав держать меня. Они вдвоем рвали с меня одежду. На мои крики влетела хозяйка, у которой квартировали, и только это спасло меня. Я бежала по селу, полураздетая, безумная.

Почему-то считала, что защиту найду у командира корпуса генерала Шарабурко, он меня по-отцовски называл дочкой. Адъютант не пускал меня, но я ворвалась к генералу, избитая, растрепанная. Бессвязно рассказала, как полковник М. пытался изнасиловать меня. Генерал успокоил, сказав, что я больше полковника М. не увижу. Через месяц мой командир роты сообщил, что полковник погиб в бою, он был в составе штрафного батальона. Вот что такое война, это не только бомбы, танки, изнурительные марши...»

Все было в жизни на фронте, где «до смерти четыре шага». Однако большинство ветеранов с искренним уважением вспоминают девушек, сражавшихся на фронте. Злословили чаще всего те, кто отсиживался в тылу, за спинами женщин, ушедших на фронт добровольцами.
Бывшие фронтовички, несмотря на трудности, с которыми им приходилось сталкиваться в мужском коллективе, с теплотой и благодарностью вспоминают своих боевых друзей.

Рашель Березина, в армии с 1942 г. – переводчик-разведчик войсковой разведки, закончила войну в Вене старшим переводчиком разведотдела Первого гвардейского механизированного корпуса под командованием генерал-лейтенанта И.Н.Руссиянова. Она рассказывает, что относились к ней очень уважительно, в разведотделе в ее присутствии даже перестали ругаться матом

Мария Фридман, разведчица 1-й дивизии НКВД, сражавшейся в районе Невской Дубровки под Ленинградом, вспоминает, что разведчики оберегали ее, заваливали сахаром и шоколадом, который находили в немецких блиндажах. Правда, приходилось порой и защищаться «кулаком по зубам».
«Не дашь по зубам – пропадешь!.. В конце-концов, разведчики стали оберегать меня от чужих ухажеров: “Коли никому, так никому”.
Когда в полку появились девчата-добровольцы из Ленинграда, нас каждый месяц тащили на “выводку”, как мы это называли. В медсанбате проверяли, не забеременел ли кто… После одной такой “выводки” командир полка спросил меня удивленно: “Маруська, ты для кого бережешься? Все равно убьют нас…” Грубоватый был народ, но добрый. И справедливый. Такой воинствующей справедливости, как в окопах, я позже не встречала никогда»

Бытовые трудности, с которыми пришлось столкнуться Марии Фридман на фронте, теперь вспоминаются с иронией.
«Вши заели солдат. Они стаскивают рубахи, штаны, а каково девчонке? Я должна искать брошенную землянку и там, раздевшись догола, пыталась очиститься от вшей. Иногда мне помогали, кто-нибудь встанет в дверях и говорит: “Не суйся, Маруська там вшей давит!”
А банный день! А сходить по нужде! Как-то уединилась, забралась под кустик, над бруствером траншеи, немцы то ли не сразу заметили, то ли дали мне спокойно посидеть, но когда стала натягивать штанишки, просвистело слева и справа. Я свалилась в траншею, штанишки у пяток. Ох, гоготали в окопах о том, как Маруськин зад немцев ослепил…

Поначалу, признаться, меня раздражал этот солдатский гогот, пока не поняла, что смеются не надо мной, а над своей солдатской судьбой, в крови и вшах, смеются, чтобы выжить, не сойти с ума. А мне было достаточно, чтобы после кровавой стычки кто-либо спросил в тревоге: “Манька, ты жива?!”

М. Фридман сражалась на фронте и в тылу врага, была трижды ранена, награждена медалью «За отвагу», орденом Красной Звезды…
Девушки-фронтовички несли все тяготы фронтовой жизни наравне с мужчинами, не уступая им ни в храбрости, ни в воинском умении.

Изображение
Немцы, у которых в армии женщины несли только вспомогательную службу, были чрезвычайно удивлены столь активному участию советских женщин в боевых действиях

Они даже пытались разыграть «женскую карту» в своей пропаганде, говоря о бесчеловечности советской системы, которая бросает женщин в огонь войны. Примером этой пропаганды служит немецкая листовка, появившаяся на фронте в октябре 1943 г.:

«Если ранили друга…
Большевики всегда удивляли весь мир. И в этой войне они дали нечто совершенно новое:
Женщина на фронте!
С древнейших времен воюют люди и всегда все считали, что война – это мужское дело, воевать должны мужчины, и никому не приходило в голову вовлекать в войну женщин. Правда, были отдельные случаи, вроде пресловутых “ударниц” в конце прошлой войны – но это были исключения и они вошли в историю, как курьез или анекдот.

Но о массовом вовлечении женщин в армию в качестве бойцов, на передовую с оружием в руках – еще никто не додумался, кроме большевиков.
Каждый народ стремится уберечь своих женщин от опасности, сохранить женщину, ибо женщина – это мать, от нее зависит сохранение нации. Может погибнуть большинство мужчин, но женщины должны сохраниться, иначе может погибнуть вся нация»

Неужели немцы вдруг задумались о судьбе русского народа, их волнует вопрос его сохранения. Конечно, нет! Оказывается, все это лишь преамбула к самой главной немецкой мысли:
«Поэтому правительство всякой другой страны в случае чрезмерных потерь, угрожающих дальнейшему существованию нации, постаралось бы вывести свою страну из войны, потому что всякому национальному правительству дорог свой народ».
(Выделено немцами. Вот оказывается основная мысль: надо кончать войну, да и правительство нужно национальное. – А. Ш.)
«Иначе мыслят большевики. Грузину Сталину и разным Кагановичам, Бериям, Микоянам и всему жидовскому кагалу (ну как в пропаганде обойтись без антисемитизма! – А. Ш.), сидящему на народной шее, ровным счетом наплевать на русский народ и на все другие народы России и на саму Россию.

У них одна цель – сохранить свою власть и свои шкуры.
Поэтому им нужна война, война во что бы то ни стало, война любыми средствами, ценой любых жертв, война до последнего человека, до последнего мужчины и женщины.

“Если ранили друга” – оторвало ему, например, обе ноги или руки, не беда, черт с ним, “сумеет” и “подруга” подохнуть на фронте, тащи и ее туда же в мясорубку войны, нечего с ней нежничать. Сталину не жаль русской женщины…»

Немцы, конечно, просчитались, не учли искреннего патриотического порыва тысяч советских женщин, девушек-добровольцев. Конечно, были мобилизации, чрезвычайные меры в условиях чрезвычайной опасности, трагического положения, сложившегося на фронтах, но будет неправильно не учитывать искреннего патриотического порыва молодежи, родившейся после революции и идеологически подготовленной в предвоенные годы к борьбе и самопожертвованию.

Одной из таких девушек была Юлия Друнина, 17–летней школьницей ушедшая на фронт. Стихотворение, написанное ею после войны, объясняет, почему она и тысячи других девушек добровольно уходили на фронт:

«Я ушла из детства
В грязную теплушку,
В эшелон пехоты,
В санитарный взвод.
... Я пришла из школы
В блиндажи сырые.
От Прекрасной Дамы –
В “мать” и “перемать “.
Потому что имя
Ближе чем “Россия ”,
Не могла сыскать»

Изображение
Женщины сражались на фронте, утверждая этим свое, равное с мужчинами, право на защиту Отечества.
Противник неоднократно давал высокую оценку участию советских женщин в боях:
«Русские женщины... коммунистки ненавидят любого противника, фанатичны, опасны. Санитарные батальоны в 1941 г. отстаивали с гранатами и винтовками в руках последние рубежи перед Ленинградом»

Офицер связи принц Альберт Гогенцоллерн, принимавший участие в штурме Севастополя в июле 1942 г., «восхищался русскими и особенно женщинами, которые, по его словам, проявляют поразительную храбрость, достоинство и стойкость»

По словам итальянского солдата, ему и его товарищам пришлось сражаться под Харьковым против «русского женского полка». Несколько женщин оказались в плену у итальянцев. Однако, в соответствии с соглашением между Вермахтом и итальянской армией, все взятые в плен итальянцами передавались немцам. Последние приняли решение расстрелять всех женщин. По словам итальянца, «женщины другого не ожидали. Только попросили, чтобы им разрешили предварительно вымыться в бане и выстирать свое грязное белье, чтобы умереть в чистом виде, как полагается по старым русским обычаям. Немцы удовлетворили их просьбу. И вот они, вымывшись и надев чистые рубахи, пошли на расстрел
Изображение
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт апр 07, 2016 8:14 am

Последнее слово воздушного аса

Начало Великой Отечественной войны сложилось крайне тяжело для Красной Армии. Поражения следовали одно за другим, успехи были редки – «учеба» давалась дорогой ценой. Источником сведений о грозном противнике становились допросы военнопленных, которые первое время попадали в руки красноармейцев тоже нечасто. Тем ценнее были опытные солдаты врага, попавшие в плен – таким, несмотря на невысокое воинское звание, был сбитый 1 августа 1941 года над Молдавией летчик-истребитель унтер-офицер Хорст Бохманн (Horst Bochmann).
Изображение

Фотография допроса унтер-офицера Хорста Бохманна (кадр из киножурнала «Фронтовая Иллюстрация»)
Допрос захваченного в плен немецкого летчика, служившего в штабе II группы истребительной эскадры JG 77 интересен и тем, что до наших дней сохранились сделанные на месте события фотоматериалы. На них немец запечатлен уже в качестве военнопленного. Судя по тому, что дальнейшая его судьба не прослеживается – это его последние прижизненные фото. Попробуем разобраться в этом маленьком эпизоде большой войны (протокол допроса приведен с сохранением орфографии оригинала).

«Опрос пленного 3.8.41 г.
Бохман Гост Эмильевич – немец, захвачен в плен в районе Карманово 2.8.41 г.
Пленный Бохман рождения 1917 г. 22.7 г. Кемнец – Саксония.
Рабочий, образование – среднее, холост, на его иждивении числятся – отец и мать, имеет 2-х сестер и брата, член организации «немецкий рабочий фронт», в обязанности которой входит – поднятие культурного уровня рабочих. В организацию вступил помимо своего желания, невступление в данную организацию грозило безработицей.

Капрал, летчик на истребителе, окончил летную школу в Фютре в июне 1940 г., где проучился полтора года, в армии три года и 9 мес. Принадлежит 4 отряду 77 истребительной эскадры. Эскадра состоит из 8 отрядов, в каждом отряде 12 самолетов «Мессершмит» 109 – скорость самолета – 450–500 км. в час, радиус действия 800 км. Самолет вооружен 2 пушками 20 мм, 2 пулеметами 7,9 мм калибр.

Аэродромы расположены – 1-й в районе Сангера, что юго-восточнее Кишинева, на котором в день вылета находилось 20 самолетов, 2-й северо-восточнее Кишинева 5 км. Сколько самолетов на этом аэродроме – не знает. Прибыл на фронт 29.7.41 г. в Кишинев из госпиталя. Имеет награды – 2 креста за военные действия в Греции и Англии.

При полете на нашу сторону имел задачу – патрулировать в районе наступления своих войск на Дубоссарском направлении.

Выражает сомнение в победе Германии, говорит: «Мы потеряли империалистическую войну, после которой жилось плохо, и я предвижу, что война эта закончится тяжелыми последствиями для Германии». Солдаты не хотят войны. Румынское население относится по-разному, но основная масса озлоблена на немцев. Жизнь в Германии хорошая, хотя по карточкам, но можно получить всё, рабочие хотят фашистского правительства. По его мнению, теперь лучше жить, чем до 1933 г., рабочие объединены в рабочий фронт. Воевать с русскими пошли из-за того, чтобы улучшить свою жизнь».

Изображение

Архивная копия протокола допроса унтер-офицера Хорста Бохманна из фондов Центрального архива МО РФ
Прежде всего, привлекает внимание само содержание допроса унтер-офицера Бохманна – Красная Армия только училась воевать, и первичный опрос пленного произведен довольно беспорядочно. Немецкому пролетариату, который по советской предвоенной теории, вот-вот должен был восстать против нацистов, в нем уделено больше внимания, чем характеристикам самолетов люфтваффе, их численности, базированию, именам командиров и т.п. К сожалению, установить, в какой воинской части допрашивали летчика, не удалось. Судя по всему, хотя документ и обнаружен в фонде ВВС Приморской Армии, это было какое-то стрелковое подразделение, оборонявшееся в районе Григориополя.
О чем рассказал немецкий летчик? Что он исказил, о чем предпочел умолчать?

Согласно немецким источникам, Хорст Бохманн родился 22 февраля 1917 года в Хемнице (Chemnitz) – одном из крупнейших промышленных центров Германии, расположенном в Саксонии. Судя по всему, летному делу он обучался в городе Фюрт (Fürth), Бавария, где дислоцировалась немецкая 4-я школа летчиков-истребителей (Jagdfliegerschule 4).

Немецкая истребительная эскадра JG 77 под командованием майора Готтарда Хандрика (Gotthard Handrick), чемпиона Олимпийских игр 1936 года в пятиборье и ветерана гражданской войны в Испании, летом 1941 года состояла из штабной эскадрильи и трех авиагрупп, каждая из которых насчитывала три эскадрильи. Однако в данном случае претензий к словам Бохманна о том, что эскадра состоит из восьми эскадрилий (отрядов) быть не должно – с самого начала войны группа I./JG 77 действовала в Норвегии с аэродрома Ставангер-Сола против британской авиации. В Молдавии, соответственно, воевали Stab, II./JG 77 и III./JG 77, сосредоточившиеся к концу июля – началу августа в районе Кишинева. Упомянутый «аэродром Сангера» на самом деле находился у села Сынджера в окрестностях Кишинева, и в советских документах значился как аэродром Ревака. Теперь там находится Кишиневский международный аэропорт.


Изображение
«Мессершмитт» Bf 109E-4 из штабного звена авиагруппы II./JG 77.

Молдавия, лето 1941 года Относительно численности и характеристик самолетов 77-й эскадры слова пленного вполне можно назвать близкими к действительности – с начала боевых действий против СССР и до августа безвозвратные потери составили не менее 24 «мессершмиттов», еще полтора десятка машин нуждалось в серьезном ремонте. Таким образом, потери за пять недель боев составили около половины штатной численности авиагрупп, с чем указанное число «20 самолетов на одном аэродроме» очень неплохо совпадает.

На вооружении авиагруппы II./JG 77 летом 1941 года состояли в основном Bf 109E-4 и Bf 109E-7, действительно вооруженные двумя 20-мм крыльевыми пушками и двумя синхронными 7,92-мм пулеметами. Это были довольно «пожилые» истребители, подлежащие замене на новые Bf 109F-4, которые уже получила III./JG 77, однако вряд ли их скорость упала ниже 500 км/час, как показал пленный.

Что абсолютно логично, меньше всего унтер-офицер Бохманн рассказал о своих достижениях, хотя он был результативным летчиком – но, судя по всему, его не особенно и спрашивали. Свою первую и единственную на западном фронте победу Хорст Бохманн одержал 1 февраля 1941 года, сбив над Ла-Маншем в 35 км северо-западнее французского Морле (Morlaix) патрульный торпедоносец-бомбардировщик «Бофорт» из 217-й эскадрильи Берегового командования Королевских ВВС Великобритании. Забавное совпадение, но это произошло ровно за полгода до окончания карьеры Бохманна как летчика-истребителя.

С первых дней операции «Барбаросса» молодой унтер преуспел, и на момент попадания в плен успел заявить о 13 победах над советскими самолетами. Это был лучший результат начала кампании в группе и один из лучших в эскадре – лишь обер-фельдфебель Райнхольд Шметцер (Reinhold Schmetzer) и обер-лейтенант Курт Уббен (Kurt Ubben) из III./JG 77 к 1 августа заявили 18 и 21 победу над ВВС РККА соответственно.

Изображение
Бомбардировщик СБ 2М-103 из состава 5-го скоростного бомбардировочного авиаполка, лето 1941 года
27 июля Бохманн в результате ошибки пилотирования произвел вынужденную посадку в районе Кишинева, и, видимо, с легкими травмами попал в госпиталь, из которого был выписан в упомянутый в допросе день 29 июля. Однако о том, что в боях он участвовал с 22 июня, летчик предпочел не сообщать.

К сожалению, обстоятельства последнего вылета Хорста Бохманна не освещены ни в протоколе допроса, ни в сохранившихся немецких документах. Днем 1 августа, в 12:00 по берлинскому времени, он заявил об уничтожении истребителя И-153, который стал его 12-й победой, а вечером, в 17:55 и 17:56 завершил свой счет двумя бомбардировщиками СБ.

Из советских документов известно, что бомбардировщики Пе-2 и СБ из состава 5-го СБАП с 16:45 несколькими группами атаковали переправы через Днестр и скопления немецких войск в районе сел Душка и Дороцкое, расположенных в 5–7 км западнее Григориополя. Советские экипажи отметили в районе цели атаку трех Ме-109, однако ни о потерях, ни о победах в документах 5-го СБАП данных нет. Скорее всего, Бохманн атаковал девятку СБ из 5-й эскадрильи полка, которые бомбили скопление немецких войск, и был подбит ответным огнем стрелков. Его самолет Bf 109E-4 W.Nr. 3764 с черным угловым шевроном на борту совершил посадку на советской стороне в районе Григориополя, а летчик был взят в плен.


Изображение
Допрос окончен, и унтер-офицер Бохманн с другими пленными (принадлежащими к пехоте) отправляется в тыл
По некоторым данным, Хорст Бохманн был сбит в бою с парой истребителей И-16 из состава 69-го ИАП, которую вел старший политрук Семен Андреевич Куница. Действительно, хотя полк и базировался в Одессе, одна из его эскадрилий воевала в это время севернее, в Молдавии. Однако, документы 69-го ИАП за начальный период войны не сохранились, и версия о причастности старшего политрука Куницы остается лишь версией.

Так закончилась военная карьера подававшего большие надежды летчика-истребителя, отправившегося «воевать с русскими… чтобы улучшить свою жизнь», и подобно многим завоевателям, нашедшего в России свою могилу. Где именно закончил свой жизненный путь ас люфтваффе Хорст Бохманн, неизвестно – по немецким данным, он до сих пор числится пропавшим без вести…
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт апр 14, 2016 8:00 am

Чьи летчики во Второй мировой войне были лучше?

Иван Кожедуб, Александр Покрышкин, Николай Гулаев, Борис Сафонов... Это известные советские асы. А как смотрятся их результаты на фоне достижений лучших иностранных летчиков?

Определить самого эффективного мастера воздушного боя трудно, но, думается, все-таки можно. Как? Первоначально автор очерка попытался найти соответствующую методику. Для этого, по совету специалистов, применены следующие критерии. Первый, наиболее важный - против какого противника пришлось сражаться пилоту. Второй - характер боевой работы летчика, ведь одни вступали в поединки в любых условиях, другие вели боевые действия в качестве "свободных охотников". Третий - боевые возможности своих истребителей и противостоящих машин. Четвертый - количество (средний результат) сбитых самолетов противника за один вылет, за один проведенный бой. Пятый - число проигранных поединков. Шестой - количество сбитых машин. Седьмой - методика подсчета одержанных побед. И т.д. и т.п. (анализ всего имеющегося у автора фактического материала). Кожедуб, Покрышкин, Бонг, Джонсон, Хартманн и другие известные летчики получали определенное количество баллов с плюсом и минусом. Рейтинг пилотов (расчеты проведены на ЭВМ) получился, конечно, условный, но в его основе - объективные показатели.

Итак, Иван Кожедуб (ВВС СССР) - 1760 баллов. Николай Гулаев (ВВС СССР) - 1600, Эрих Хартманн (люфтваффе) - 1560, Ганс-Иоахим Марсель (люфтваффе) - 1400, Герд Баркхорн (люфтваффе) - 1400, Ричард Бонг (ВВС США) - 1380, Александр Покрышкин (ВВС СССР) - 1340. Такова первая семерка.

Понятно, многие читатели потребуют пояснения к приведенному рейтингу, а поэтому делаю это. Но вначале - о сильнейших представителях воздушных школ Второй мировой.

НАШИ
Наивысшего результата среди советских летчиков добился Иван Кожедуб - 62 воздушные победы.
Легендарный летчик родился 8 июня 1920 г. в деревне Ображеевке Сумской области. В 1939 г. в аэроклубе осваивает У-2. В следующем году поступил в Чугуевскую военную авиационную школу летчиков. Учится летать на самолетах УТ-2 и И-16. Как одного из лучших курсантов его оставляют на должности инструктора. В 1941 г. после начала Великой Отечественной войны вместе с персоналом школы эвакуируется в Среднюю Азию. Там просится в действующую армию, но только в ноябре 1942 г. получает направление на фронт в 240-й истребительный авиаполк, которым командовал участник войны в Испании майор Игнатий Солдатенко.

Первый боевой вылет совершает 26 марта 1943 г. на Ла-5. Он был неудачным. Во время атаки на пару Мессершмиттов Bf-109 его "Лавочкин" был поврежден, а затем обстрелян своей зенитной артиллерией. Кожедуб смог довести машину до аэродрома, но восстановить ее не удалось. Следующие вылеты совершал на старых самолетах и только месяцем позже получил новый Ла-5.

Курская дуга. 6 июля 1943 г. Именно тогда 23-летний пилот открывает свой боевой счет. В том поединке он, вступив в составе эскадрильи в схватку с 12 вражескими самолетами, одерживает первую победу - сбивает бомбардировщик Ju87. На другой день он одерживает новую победу. 9 июля Иван Кожедуб уничтожает два истребителя Мессершмитт Bf-109. В августе 43-го молодой летчик становится командиром эскадрильи. К октябрю на его счету уже 146 боевых вылетов, 20 сбитых самолетов, он представляется к званию Героя Советского Союза (присвоено 4 февраля 1944 г.). В боях за Днепр летчики полка, в котором воюет Кожедуб, встретились с асами Геринга из эскадры "Мельдерс" и одолели. Увеличил свой счет и Иван Кожедуб.

В мае-июне 1944 г. он дерется на полученном Ла-5ФН за # 14 (подарок колхозника Ивана Конева). Сначала сбивает Ju-87. А затем на протяжении шести следующих дней уничтожает еще 7 машин противника, в том числе пять Fw-190. Летчик второй раз представляется к званию Героя Советского Союза (присвоено 19 августа 1944 г.)...

...Однажды авиации 3-го Прибалтийского фронта доставила немало хлопот группа немецких летчиков во главе с асом, одержавшим 130 воздушных побед (из них 30 с его счета сняли за уничтожение в горячке трех своих истребителей), десятки побед имели и его сослуживцы. Для противодействия им на фронт с эскадрильей опытных пилотов прибыл Иван Кожедуб. Итог схватки - 12:2 в пользу советских асов.

В конце июня Кожедуб передает свой истребитель другому асу - Кириллу Евстигнееву и переходит в учебный полк. Однако в сентябре 1944 г. пилот направляется в Польшу, на левое крыло 1-го Белорусского фронта в 176-й гвардейский Проскуровский Краснознаменный ордена Александра Невского истребительный авиаполк (заместителем его командира) и ведет бои уже способом "свободной охоты" - на новейшем советском истребителе Ла-7. На машине с # 27 он провоюет до конца войны, собьет еще 17 машин противника.

19 февраля 1945 г. Кожедуб уничтожает над Одером реактивный самолет Ме 262. Шестьдесят первый и шестьдесят второй самолеты противника (Fw 190) он сбивает над столицей Германии 17 апреля 1945 г. в воздушном бою, который как классический образец изучают в военных академиях и училищах. В августе 1945 г. ему в третий раз присваивается звание Героя Советского Союза. Войну Иван Кожедуб закончил в звании майора. В 1943-1945 гг. он выполнил 330 боевых вылетов, провел 120 воздушных боев. Советский летчик не проиграл ни одного поединка и является лучшим асом авиации союзников.

На личном счету Александра Покрышкина - 59 сбитых самолетов (плюс 6 в группе), Николая Гулаева - 57 (плюс 3), Григория Речкалова - 56 (плюс 6 в группе), Кирилла Евстигнеева - 53 (плюс 3 в группе), Арсения Ворожейкина - 52, Дмитрия Глинки - 50, Николая Скоморохова - 46 (плюс 8 в группе), Александра Колдунова - 46 (плюс 1 в группе), Николая Краснова - 44, Владимира Боброва - 43 (плюс 24 в группе), Сергея Моргунова - 43, Владимира Серова - 41 (плюс 6 в группе), Виталия Попкова - 41 (плюс 1 в группе), Алексея Алелюхина - 40 (плюс 17 в группе), Павла Муравьева - 40 (плюс 2 в группе).

Еще 40 советских летчика сбили от 30 до 40 самолетов каждый. Среди них - Сергей Луганский, Павел Камозин, Владимир Лавриненков, Василий Зайцев, Алексей Смирнов, Иван Степаненко, Андрей Боровых, Александр Клубов, Алексей Рязанов, Султан Амет-Хан.

27 советских летчиков-истребителей, удостоенных за боевые подвиги звания трижды и дважды Героя Советского Союза, одержали от 22 до 62 побед, в общей сложности они сбили 1044 вражеских самолета (плюс 184 в группе). По 16 и более побед имеют свыше 800 пилотов. Наши асы (3% от всех летчиков) уничтожили 30% самолетов противника.

СОЮЗНИКИ И ПРОТИВНИКИ
Из союзников советских летчиков лучшими были американский пилот Ричард Бонг и английский - Джонни Джонсон.
Ричард Бонг в годы Второй мировой войны проявил себя на Тихоокеанском театре военных действий. За 200 боевых вылетов с декабря 1942 г. по декабрь 1944 г. сбил 40 самолетов противника - все японские. Летчика в США считают асом "всех времен", отмечая профессионализм и мужество. Летом 1944 г. Бонг назначается на должность инструктора, однако добровольно возвращается в свою часть летчиком-истребителем. Удостоен Почетной медали конгресса США - высшего знака отличия страны. Кроме Бонга, еще восемь пилотов ВВС США одержали 25 и более воздушных побед.
На боевом счету англичанина Джонни Джонсона - 38 сбитых вражеских самолетов, причем все истребители. В годы войны прошел путь от сержанта, летчика-истребителя до полковника, командира авиакрыла. Активный участник воздушной "Битвы за Британию". Свыше 25 воздушных побед еще у 13 пилотов ВВС Великобритании.

Следует назвать также имя французского летчика лейтенанта Пьера Клостермана, сбившего 33 фашистских самолета.

В ВВС Германии лидером являлся Эрих Хартманн. Немецкий пилот известен как самый удачливый летчик-истребитель в истории воздушного боя. Практически вся его служба прошла на советско-германском фронте, здесь он одержал 347 воздушных побед, на его счету имеется и 5 сбитых американских - Р-51 "Мустанг" (всего 352).

Начал службу в люфтваффе в 1940 г., на Восточный фронт направлен в 1942 г. Сражался на истребителе Вf-109. В третьем же вылете его сбили.
Одержав первую победу (сбил штурмовик Ил-2) в ноябре 1942 г., был ранен. К середине 1943 г. на его счету 34 самолета, что не являлось каким-то исключением. Но 7 июля того же года вышел победителем в 7 поединках, а через два месяца довел счет своих воздушных побед до 95. 24 августа 1944 г. (по утверждению самого пилота) сбил 6 самолетов только за один боевой вылет, к концу того же дня одержал еще 5 побед, доведя общее количество сбитых самолетов до 301. Последнюю воздушную схватку выиграл в последний день войны - 8 мая 1945 г. В общей сложности Хартманн совершил 1425 боевых вылетов, в 800 из них вступал в бой. Дважды выбрасывался с парашютом из горящих машин.

В люфтваффе были и другие пилоты, которые имели солидные результаты: Герд Баркхорн - 301 победа, Гюнтер Ралль - 275, Отто Киттель - 267, Вальтер Новотный - 258, Вильгельм Бац - 237, Эрих Рудорфер - 222, Генрих Бер - 220, Герман Граф - 212, Теодор Вайсенбергер - 208.
106 пилотов германских ВВС уничтожили более чем по 100 самолетов противника каждый, в сумме - 15547, а 15 лучших - 3576 самолетов.


СЛАГАЕМЫЕ ПОБЕД
А теперь пояснение к приведенному рейтингу. Логичнее сравнивать советские и германские ВВС: их представители сбили наибольшее количество самолетов, из их рядов вышел не один десяток асов. Наконец, на Восточном фронте решался исход Второй мировой.

В начале войны немецкие летчики были подготовлены лучше, чем советские пилоты, они имели опыт сражений в Испании, Польше, кампании на Западе. В люфтваффе сложилась добротная школа. Из нее выходили высококлассные бойцы. Так вот против них и сражались советские асы, поэтому их боевой счет в силу этого более весом, чем у лучших немецких летчиков. Сбивали ведь они профессионалов, а не слабачков.

Немцы обладали возможностью основательно готовить летчиков к первому бою в начале войны (450 часов летной подготовки; правда, во второй половине войны - 150 часов), осторожно "обкатывали" их в боевых условиях. Как правило, молодые не вступали сразу в поединки, а только наблюдали за ними со стороны. Осваивали, так сказать, методику. К примеру, Баркхорн в первых 100 вылетах на фронте не провел ни одного боя с советскими пилотами. Изучал их тактику, повадки, в решающие минуты уходил от встречи. И только набравшись опыта, ринулся в схватку. Так что на счету лучших немецких и российских летчиков, в том числе Кожедуба и Хартманна, разные по мастерству пилоты сбитых самолетов.

Многим советским летчикам в первый период Великой Отечественной, когда враг стремительно рвался в глубь СССР, приходилось вступать в бой, зачастую не имея хорошей выучки, иногда после 10-12 часов летной подготовки на новой марке самолета. Новички и попадали под пушечный, пулеметный огонь германских истребителей. С опытными же пилотами не все немецкие асы выдерживали противоборство.

"В начале войны русские летчики были неосмотрительны в воздухе, действовали скованно, и я их легко сбивал неожиданными для них атаками, - отмечал в своей книге "Хорридо" Герд Баркхорн. - Но все же нужно признать, что они были намного лучше, чем пилоты других европейских стран, с которыми нам приходилось сражаться. В процессе войны русские летчики становились все более умелыми воздушными бойцами. Однажды в 1943 году мне пришлось на Bf-109G сражаться с одним советским летчиком, пилотировавшим ЛаГГ-3. Кок его машины был выкрашен в красный цвет, что означало - летчик из гвардейского полка. Это мы знали из данных разведки. Наш бой продолжался около 40 минут, и я не мог его одолеть. Мы вытворяли на своих машинах все, что только знали и могли. Все же были вынуждены разойтись. Да, это был настоящий мастер!"

Мастерство к советским летчикам на заключительном этапе войны приходило уже не только в боях. Была создана гибкая, приспособленная к военным условиям система обучения авиационных кадров. Так, в 1944 г. по сравнению с 41-м налет в расчете на одного летчика увеличился более чем в 4 раза. С переходом стратегической инициативы к нашим войскам на фронтах стали создаваться полковые учебные центры по подготовке пополнений к боевым действиям.

Успехам Хартманна, других немецких летчиков в немалой степени способствовало то, что многим из них, в отличие от наших пилотов, дозволялось на протяжении всей войны вести "свободную охоту", т.е. вступать в бой в благоприятных для себя условиях.
Следует также откровенно признать: достижения немецких летчиков во многом связаны с качеством техники, на которой они воевали, хотя и тут не все просто.

"Личные" истребители асов противоборствующих сторон не уступали друг другу. Иван Кожедуб дрался на Ла-5 (в конце войны на Ла-7). Эта машина ни в чем не уступала немецкому Мессершмитт Bf-109, на котором воевал Хартманн. По скорости (648 км/час) "Лавочкин" превосходил отдельные модификации "мессеров", однако уступал им в маневренности. Не слабее немецких Мессершмитт Bf-109 и Фокке-Вульф Fw 190 были американские истребители Р-39 "Аэрокобра", и Р-38 "Лайтинг". На первом сражался Александр Покрышкин, на втором - Ричард Бонг.

Но в целом по своим ТТХ многие самолеты советских ВВС уступали машинам люфтваффе. И речь не только об истребителях И-15, И-15 бис. Германские истребители, скажем правду, сохраняли преимущество до конца войны, ибо немецкие фирмы постоянно продолжали их совершенствовать. Уже под бомбежками союзной авиации они сумели произвести около 2000 реактивных истребителей Мессершмитт Me163 и Me262, скорость которых достигла 900 км/час.

И потом, данные о сбитых самолетах нельзя рассматривать в отрыве от количества боевых вылетов, проведенных боев. Скажем, Хартманн в общей сложности совершил за годы войны 1425 боевых вылетов, в 800 из них вступал в схватки. Кожедуб сделал за войну 330 боевых вылетов, провел 120 боев. Получается, советскому асу на один сбитый самолет требовалось 2 воздушных боя, немецкому - 2,5. Нужно учесть, что Хартманн проиграл 2 поединка, ему пришлось прыгать с парашютом. Однажды он даже попал в плен, но, воспользовавшись хорошим знанием русского языка, сбежал.

Нельзя не обратить внимание и на немецкую методику подсчета сбитых машин с помощью кинофотопулеметов: если трасса - по самолету, считалось, летчик одержал победу, хотя часто машина оставалась в строю. Известны сотни, тысячи случаев, когда поврежденные самолеты возвращались на аэродромы. Когда же добротные немецкие кинофотопулеметы отказывали, то счет велся самим пилотом. Западные исследователи, когда заводят речь о результативности летчиков люфтваффе, часто применяют фразу "по утверждению пилота". К примеру, Хартманн заявил, что 24 августа 1944 г. сбил 6 самолетов за один боевой вылет, но других подтверждений этому нет.

На отечественных самолетах фотоаппаратура, фиксировавшая попадания в машины противника, стала устанавливаться практически в конце войны, причем она служила дополнительным средством контроля. На личный счет советских пилотов заносились победы, только подтвержденные участниками данного боя и наземными наблюдателями.

К тому же советские асы никогда не приписывали себе самолеты, уничтоженные совместно с новичками, так как те начинали свой боевой путь, самоутверждались. Немало таких "подачек" в активе у Кожедуба. Так что его счет другой, чем тот, что занесен в энциклопедии. Он редко возвращался из боевого вылета без победы. По этому показателю его превосходит, пожалуй, лишь Николай Гулаев. Теперь, видимо, читателю понятно, почему рейтинг Ивана Кожедуба самый высокий, а Николай Гулаев идет в списке вторым.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Ср апр 20, 2016 8:21 am

19 апреля 1943 г.
73 года назад

Организовано Главное управление контрразведки «Смерш»

Изображение
Удостоверение сотрудника «Смерш»
19 апреля 1943 года Постановлением Совнаркома СССР Управление особых отделов и Морской отдел были изъяты из ведения НКВД. На их базе образовывались Главное управление контрразведки НКО «Смерш» («Смерть шпионам») и, несколько позднее, Управление контрразведки «Смерш» Наркомата ВМФ.

Решение о создании Главного управления контрразведки «Смерш» вытекало из сложившейся к тому времени обстановки на советско-германском фронте. В это время Московская битва сорвала план «молниеносной войны». Из рук противника под Сталинградом была вырвана стратегическая инициатива.

Но при этом германским спецслужбам еще не был нанесен смертельный удар. Потому на решающем этапе войны было решено объединить руководство двумя важными сферами – обороной страны и безопасностью войск.

На органы «Смерша» в данной ситуации были возложены задачи по борьбе со шпионской, диверсионной, террористической деятельностью иностранных разведок, борьбе с предательством и изменой Родине в частях и учреждениях Красной Армии, дезертирством и членовредительством на фронтах. В военной контрразведке состояло несколько тысяч человек.

За годы войны членами «Смерш» было обезврежено более 30 тысяч шпионов, около трех с половиной тысяч диверсантов и свыше шести тысяч террористов. Военная контрразведка достойно выполнила все возложенные на нее задачи.

В некоторых современных источниках утверждается, что, кроме очевидных успехов в борьбе против немецкой разведки, «Смерш» приобрел в годы войны зловещую славу благодаря системе репрессий против мирного населения, которое находилось в оккупации на временно захваченной немецкими войсками территории СССР или на принудительных работах в Германии.

Но репутация «Смерш» как репрессивного органа часто преувеличивается в современных источниках. Никакого отношения к преследованию мирного населения «Смерш» не имело. За работу с населением отвечали территориальные органы НКВД-НКГБ.

В мае 1946 года в результате реформы, проходившей в наркоматах госбезопасности и внутренних дел, органы контрразведки «Смерш» были реорганизованы в особые отделы и переданы в ведение новой структуры - Министерства государственной безопасности СССР.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Чт апр 21, 2016 7:13 am

21 апреля 1933 г.
83 года назад

Рудольф Гесс был назначен первым заместителем Гитлера по Национал-социалистической германской рабочей партии

Изображение
Рудольф Гесс, являвшийся личным секретарем Адольфа Гитлера с 1932 года, 21 апреля 1933 года был назначен также и его первым заместителем по Национал-социалистической германской рабочей партии.

Гесс стал «полномочным представителем фюрера». Он был единственный, кроме, конечно, самого Гитлера, человеком, без чьей подписи не имели силы постановления правительства. Кстати, преданность Гесса Гитлеру даже вошла в поговорку, по словам Гесса: «Гитлер – это олицетворение чистого разума».

А уже осенью 1939 года «зам по партии» был официально назначен вторым преемником фюрера после Геринга.

Гесс, ко всему прочему, был отличным пилотом. В мае 1941 года он поразил весь мир тем, что сев за штурвал самолета, улетел в Англию, с которой Германия с сентября 1940-го вела войну. Он от имени Гитлера предложил англичанам заключить мир — в ответ вождь рейха немедленно приказал своему министру пропаганды Йозефу Геббельсу на весь мир объявить, что Гесс сошел с ума.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Ср апр 27, 2016 2:17 pm

10 необычных видов оружия, которое использовали против Нацистов

Вторая мировая война была периодом темноты, невиданной человечеством и борьбы против сил зла. Поэтому эту войну рассматривали как борьбу за будущее мира, и Вам наверно будет интересно узнать, какое «разрушительное» оружие иногда использовали в борьбе с «темной силой»…

10. Нестираемые надписи на стенах.
Граффити были популярным способом сопротивления. Именно граффити стали единственным равноценным ответом против пропаганды нацизма. Признавая это, Союзническая разведка начала сбрасывать с самолётов оскорбительные трафареты и краску позади расположений противника. К сожалению, существовала проблема: немцы просто закрашивали надписи на стенах везде, где находили их.
Британцы направили огромные ресурсы на создание краски, которую было бы невозможно удалить. И они изобрели краску на основе аммония. Этот «военный арсенал» был замаскирован как тюбики с зубной пастой и поставлялся контрабандой в Европу, где был особенно популярен при написании ругательств на лобовых стёклах автомобилей немецких чиновников.
Однако, была одна незначительная промашка, когда отгрузку случайно совершили в Северной Африке, где озадаченные агенты приняли красу за реальную зубную пасту с “разрушительным эффектом для зубов”.

9. Зудящий порошок.
Special Operations Executive (SOE), чтобы деморализовать врага, решил позаимствовать идею у школьных шутников и начали серийно выпускать зудящий порошок. Порошок, который имел сильный раздражающий эффект на кожу, был ввезён контрабандой в Европу, замаскированный как тальк. Там он был распределён участниками сопротивления в прачечных и на фабриках одежды, где его могли тайно нанести на немецкую униформу.
Это была небольшая, но успешная операция. В октябре 1943 года SOE сообщил, что 25000 единиц униформ команды подводной лодки были обработаны зудящим порошком.

Тем временем другие агенты SOE подошли к вопросу более творчески. Стокгольмский офис агентства начал собирать немецкие конверты из Швеции с помощью родственников в оккупированных странах, заполняя их зудящим порошком, и отсылая их назад в немецкую почтовую систему.
Однако, схема достигла своего успеха в Норвегии, где местные участники сопротивления начали помещать порошок в презервативы, предназначенные для немецких войск. Обработанные презервативы были отправлены, главным образом, в Тронхеймскую область, где местная больница скоро заполнилась солдатами, жалующимися на “болезненное раздражение”.

8. Бомбы-вонючки.
Британцы также потратили крупные суммы, разрабатывая бомбу-вонючку, названную “S-капсула”, которая могла быть раздавлена в кармане немецкого пальто, чтобы создать ужасное зловоние. Запах оставался даже после многократных чисток, и так как зимняя одежда была в дефиците в немецкой армии, бедный солдат должен был или замёрзнуть или терпеть ужасный запах.
Абсолютно серьёзно, группа англичан начала весело названную программу “Кто Я?”. Они в конечном счёте произвели аэрозольный распылитель, который мог использоваться на немецком чиновнике, чтобы произвести сильный фекальный запах, который «оскорбит» его в глазах его подчинённых. К сожалению, “Кто Я?” оказался настолько сильным, что имел тенденцию цепляться ко всем вокруг, включая бедного парня, пытающегося тайно распылить его. Участники сопротивления, которым он был ввезён контрабандой, отказались использовать его.

7. Поддельные приглашения на вечеринку.
В 1944 году агенты SOE в Швеции искали способы подорвать нацистскую поддержку в стране, когда они внезапно увидели свой шанс. Немецкое посольство в Стокгольме приняло меры, чтобы известный немецкий актёр и комик Георг Александр дал представление однажды вечером с билетами, доступными только исключительно немногим. Представление должно было стать весёлым фарсом.
SOE произвёл более 3000 поддельных приглашений на представление и шикарный приём, который будет после. Подделки, которые призвали получателя надеть самый лучший вечерний наряд, разослали известным нацистам по всей стране.

Ночью торжества всё пошло, как SOE и запланировали. Тысячи любящих комика-нациста шведов, которым польстили, что их поддержка признавалась посольством, появились в смокингах для того, чтобы им сообщили, что билеты, которые они гордо держали в руках, были фальшивкой, и что им не позволят войти. Представление было задержано на несколько часов сердитой толпой снаружи, многие из которых добирались в течение нескольких часов, и теперь чувствовали себя ужасно. Глупые фашисты стали посмешищем в Швеции.

6. Слабительное.
Атлантическое побережье Норвегии было пустынной областью с экономикой, базирующейся в основном на солёной рыбе. Таким образом, когда управляемое нацистами правительство Норвегии объявило, что оно реквизировало весь улов сардин, люди были возмущены. К счастью, у сопротивления был крот в местном нацистском штабе, который рассказал, что сардины использовали, чтобы накормить немецкие войска и предоставить поставки консервов командам подводных лодок. И именно тогда сопротивление придумало план, настолько блестящий, что все в стране должны были носить тёмные очки оставшуюся часть войны.

Сначала они послали срочное сообщение своим контактам в британской Разведке с просьбой прислать сильное слабительное, которое могло бы легко быть добавлено к растительному маслу, не оставляя следов. Британцы, которые очевидно решили не задавать слишком много вопросов после истории с зудящим порошком в презервативах, пожали плечами и отослали всё кротоновое масло, которое они смогли достать.
Кротоновое масло, если Вы не в курсе, является чрезвычайно сильным слабительным. Норвежцы доставили его на консервные заводы, где оно было добавлено к сардинам с растительным маслом. И готовые консервированные сардины были отосланы на подводные лодки.
Болезненная неудержимая диарея, даже сейчас кажется кошмаром, но вообразите её в то время на крошечной субмарине с группой парней с одинаковой проблемой. Да!!! Это была маленькая и жидкая победа.

Британская Разведка была впечатлена этим успехом и начала собственную, основанную на слабительном, кампанию, используя вещество под названием Carbachol.

Официальные документы утверждали, что один грамм мог вызвать “диарею эпических масштабов среди 200 человек”. Документы «весело» назвали стратегию «Эвакуация Против Эвакуации». Но операцию так и не удалось начать т.к. война закончилась.

5. Распространение слухов.
В начале войны британцы приняли на работу журналиста Daily Express Сефтона Делмира, чтобы управлять чёрными пропагандистскими операциями против Германии. Делмир был прекрасным человеком, он говорил свободно на немецком языке и в течение его работы в качестве Берлинского корреспондента для Экспресса, он познакомился со многими высокими нацистами, включая Гитлера. И он был бульварным журналистом, который имел много опыта составления скандальных историй. Программа на радио, на которой он был ведущим, сразу же стала самой грязной, самой сквернословящей, непристойной передачей в Германии. Его цель состояла в том, чтобы повторить успех таблоидов, которые “осуждая недостаток, делали это среди тех, кто хотел читать об этом”.

Радиостанция была засекречена, но все её очень любили т.к. на ней часто можно было услышать грязные разоблачения немецких чиновников. После одной особенно грязной передачи, обличающей “немецкого адмирала, его любовницу и пять пьяных моряков”, потрясённый британский политик написал правительству жалобу: “Если это — то, что необходимо, чтобы выиграть войну, я лучше проиграю её”.

В конечном счёте Делмир решил, что станция изжила себя и дала всё, что могла. В заключительной записи диктор был якобы застигнут врасплох Гестапо и застрелен после короткой перестрелки. Последние слова потрясли слушателей, нацистский чиновник прошипел: “нашёл Вас наконец, Вы свинья!” К сожалению, радио-оператор, отвечающий за станцию, проиграл ту же самую запись час спустя, что означало, что диктор был застрелен дважды.


3. Размещение лица Гитлера на туалетной бумаге.
Еще больше, чем у SOE, у OSS была репутация готовых рассмотреть любую схему, даже самую сумасшедшую, которая могла бы подорвать вражескую военную экономику. Так, в конце войны, когда офис OSS в Риме понял, что враг испытывал серьёзную нехватку туалетной бумаги, они воспользовались этим. Отдел начал производить антинацистскую туалетную бумагу, которая была сброшена в Германию и помещена в туалеты поездов, едущих из нейтральной Швейцарии. Некоторые рулоны содержали антинацистские тексты, а некоторые даже действительно ужасный сортирный юмор.

2. Заваливание Гитлера порнографией.
Продолжение “отправим Гитлера в капитуляцию” стратегии последних нескольких пунктов, OSS придумало план, которому было далеко даже до их низких стандартов. Они знали, что удаление Гитлера с этого театра сокрушительно ударит по нацистам. Но убийство его было почти невозможно. Так что вместо этого они просто решили свести его с ума. С помощью порно.

Первоклассная команда психологов агентства пришла к заключению, что Гитлер был патологическим ханжей. Они утверждали, что, если бы Гитлер был внезапно подвергнут огромному количеству ужасной порнографии, это привело бы к нервному срыву. Таким образом, подразделение R&D OSS (известный как “Choirboys”) перешло к действию, собрав «гору» немецкой порнографии.

В этом пункте, вероятно, стоит напомнить, что была реальная война, бушующая по всему миру, в то время как эти парни сидели без дела, просматривая баварскую эротику и споря, какой выпуск “Грудастых Берлинских Малышек” более вероятно разрушит угрозу фашизма раз и навсегда.
План почти развалился, как только OSS попыталось привести его в действие. Они решили, что лучший способ доставить порно Гитлеру состоял в том, чтобы сделать так, чтобы бомбардировщик сбросил его на бункер. Когда тревога воздушного налёта закончится, фюрер выйдет наружу, увидит, что каталоги дамского белья заполнили всё вокруг, и немедленно сойдёт с ума. Ничего не подозревающего полковника Воздушных сил пригласили в штаб OSS, где ему с энтузиазмом был объяснён план. Но оказалось, что полковник не разделял план любителей порно и считал его опасной авантюрой.

Фактически, полковник кричал, что всё агентство было группой маньяков и что Воздушные силы не будут рисковать жизнью пилота ради такого. Так что порнушка до Гитлера не дошла

1. Газеты-пародии.
Когда нацисты вторглись в Бельгию, они захватили самую большую газету страны, Le Soir, и преобразовали её в средство пропаганды. Но 9 ноября 1943 читатели, которые остановились, чтобы купить выпуск в одном из многих газетных киосков Брюсселя, были удивлены. На первый взгляд газета казалась полностью нормальной. Однако, при дальнейшем просмотре каждая история была написана, чтобы тонко или «не так тонко» дразнить немецких оккупантов.

Были разделы, отлично подражающие стилю обычных пропаганд газеты, но постепенно переходящие в ирреальную ерунду. Раздел некрологов был просто заполнен именами знаменитых немецких военных.

Пародия Le Faux Sour была работой бельгийского сопротивления. Надеясь вдохновить больше бельгийцев присоединиться к движению, они придумали блестящий ненасильственный протест. Приняв на работу мультипликаторов, писателей и печатников, им удалось произвести прекрасную точную копию Le Soir. Поддельный тираж был отдан газетным киоскам Брюсселя. Но нацисты вычислили план. Тем не менее, работая с головокружительной скоростью, сопротивление смогло доставить свою версию в киоски раньше, чем туда нагрянуло СС. К тому времени, когда реальная газета появилась, пародии Le Soir уже распространились среди бельгийцев. Продали 50000 копий, произведя ценную поддержку сопротивления и превращая нацистов в посмешище.

К сожалению, у истории трагический эпилог. Двое планировщиков, Фердинанда Велленса и Тео Маллир, были захвачены Гестапо, замучены и убиты. Их помнят как героев сопротивления и мужчин, которые рассмешили Бельгию в её самый тёмный час.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Пт май 06, 2016 2:00 pm

Как Иосиф Сталин граждан Советского Союза возвращал

Изображение

За годы Великой Отечественной войны почти пять миллионов советских граждан оказались за пределами территории СССР. Еще в Ялте Иосиф Сталин настоял на обязательной репатриации советских подданных. Их путь домой лежал через фильтрационные лагеря.

Сложная тема
Долгое время документы по репатриации советских граждан после войны оставались засекреченными, что, с одной стороны, давало почву для различных спекуляций на эту тему, с другой - связывало руки серьезным историкам, которые до конца 1980-х не имели документальной базы для проработки этой важнейшей темы.

Первая научная публикация, посвященная теме репатриации советских граждан после Великой Отечественной войны, была опубликована в Советском Союзе только в 1990 году. Это была статья Виктора Земскова в журнале «История СССР». Она стала возможной благодаря доступу историка к ряду архивных документов. В частности, к фондам образованного в октябре 1944 года Управления уполномоченного Совета Народных Комиссаров (Совета Министров) СССР по делам репатриации, возглавлявшегося генерал-полковником Филиппом Голиковым, бывшим руководителем военной разведки.

Вслед за Виктором Земсковым тему начали прорабатывать и другие историки.

"Жертвы Ялты"

Изображение
Вопросы репатриации так называемых «перемещенных лиц» и военнопленных была одной из важных тем, обсуждаемых на Ялтинской конференции в феврале 1945 года. Именно тогда лидеры стран решили, что репатриация должна носить обязательный характер. По этой причине репатриантов в публикациях и книгах иногда называют «жертвами Ялты», а Черчилля и Рузвельта «соучастниками преступления Сталина».

1 сентября 1939 года
Принципиальным являлся вопрос, кого именно считать по окончании войны «советскими гражданами», подлежащими обязательной репатриации. На этот счет на все той же Ялтинской конференции было принято решение считать таковыми только тех граждан, кто проживал на территории СССР до 1 сентября 1939 года.

Принятое на Ялтинской конференции разделение осталось в силе и ко времени Потсдамской конференции (июль-август 1945 года). Из-за этого, например, требование о выдаче Советскому Союзу дивизии СС «Галичина» было союзниками отвергнуто, поскольку по документам только 112 из 10 000 человек, входивших в неё, имели 1 сентября 1939 советское подданство. Их и выдали.

"Восточники" и "западники"
Все репатрианты условно делились на «восточников», то есть жителей СССР в границах до сентября 1939 года, и «западников» - жителей Правобережной Молдавии, Западной Украины, Западной Белоруссии, Прибалтики и Северной Буковины.

Эти группы существенно отличались друг от друга. Об этом можно судить по опросным листам, объяснительным запискам репатриантов и донесениям сотрудников НКВД о настроениях в лагерях перемещенных лиц. Отличия были и в менталитете, и в ценностных ориентирах.
По мнению Виктора Земскова «можно смело утверждать, что не менее 80% «восточников», в случае добровольности репатриации все равно возвратились бы в СССР». Среди «западников» действительно преобладали «невозвращенцы», но и в этой группе были те, кто добровольно соглашался на выдачу СССР, даже имея возможность отказаться.

"Остарбайтеры" и пленные
К концу Великой Отечественной войны осталось в живых около пяти миллионов советских граждан, оказавшихся за границей. Свыше трех миллионов были в зоне действия союзников, менее двух миллионов - в зоне влияния СССР в Европе.
Большинство составляли «восточные рабочие» («остарбайтеры») - советское гражданское население, угнанное на принудительные работы в Германию и другие страны.

Уцелело также примерно 1,7 млн военнопленных и сотни тысяч отступивших с немцами из СССР их пособников и беженцев (часто с семьями).

"Охотники за головами"
Кроме тех «перемещенных лиц», кто сам не желал возвращаться в СССР, были и те, кого вербовали британские и американские спецслужбы, склоняя отказаться от репатриации.

По имеющимся документам, уже в августе 1945 года Управление уполномоченного СНК СССР по делам репатриации имело сведения о работе в лагерях для перемещенных лиц союзнических «охотников за головами».

Они отбирали среди потенциальных репатриантов тех, кто мог привнести вклад в западную науку - конструкторов, докторов и кандидатов наук, инженеров. Одновременно с этим союзники массово принудительно выдавали СССР бывших власовцев и членов национальных легионов, имевших в лучшем случае среднее образование.

Ненужные
До сих пор понятие «принудительная репатриация» несет в себе негативный оттенок. Кажется, что будь репатриация добровольной, в СССР бы отказалось возвращаться гораздо больше, чем полмиллиона «невозвращенцев», однако это не совсем верно.

Полмиллиона выходцев из СССР было предельно допустимым количеством репатриантов-отказников. Будь их больше - это могло быть чревато для Запада социальными проблемами. Далеко не все из тех, кто отказался возвращаться в СССР, нашли себе место за его границами.

До конца 1940-х в лагерях для перемещенных лиц в Германии, Австрии и других странах оставались тысячи бывших советских граждан, не имевших возможности социализироваться в западном обществе. Они оказались никому не нужны. Даже те страны, которые обладали солидным земельным фондом для расселения (Австралия, Канада, Аргентина) не спешили принимать «отказников» у себя.

И дело здесь не только в рабочих местах и местах для проживания переселенцев, но и в том, что бывшие граждане СССР не воспринимались на Западе как «свои». Мир стоял на пороге «холодной войны».

Выдача казаков Британией

Изображение
Самым спорным моментом в плане легитимности репатриации является выдача Британией почти пятидесяти тысяч казаков в июне 1945 года, поскольку большая часть из них относилась к белогвардейской эмиграции, то есть они не являлись в сентябре 1939 года подданными Советского Союза.

Тем не менее казаки по многим параметрам подпадали под категорию репатриантов, подлежавших аресту и суду. Например, за участие в карательных экспедициях на территории СССР, Югославии и Италии

В письме № 597/6 от 26 мая 1945 года Лаврентий Берия информировал Сталина и Молотова, что от Англии должно быть принято 40 тысяч человек - красновских казаков. Они должны были пройти обычную для «спецконтингента НКВД» процедуру проверки и фильтрации. При этом казачьи офицеры рассматривались как «чужие», а рядовые казаки приравнивались к «своим», то есть к советским гражданам, проходившим в проверочно-фильтрационных лагерях проверку. По факту, Британия выдала 46 тыс. человек.

Цифры
По статистике Управления уполномоченного СНК СССР по делам репатриации, 1 марта 1946 года насчитывалось 5 352 963 советских граждан, однако эта сумма учитывала не только репатриантов в строгом смысле слова, но и «внутренних перемещенных лиц». Если не брать их в расчет, то получится следующая сумма: 4 199 488 репатриантов (2 660 013 гражданских и 1 539 475 военнопленных).
По документам того же Управления, уже к 1 августа 1946 года к месту жительства было направлено 3 322 053 репатрианта и внутренних перемещенных лиц (3 024 229 гражданских и 297 824 военнопленных).

1 578 570 человек было направлено на жительство в различные районы России, 1 145 484 - Украины, 332 301 - Белоруссии, 48 780 - Литвы, 54 621 - Латвии, 14 321 - Эстонии, 45 945 - Молдавии, 4679 - Грузии, 2045 - Армении, 4204 - Азербайджана, 43 501 - Казахстана, 4780 - Узбекистана, 8455 - Таджикистана, 901 - Киргизии, 723 - Туркмении и 362 - Карело-Финской ССР.

Период массовой репатриации фактически завершился в первой половине 1946 года. После этого массового характера она не носила. До 1 июля 1952 года было репатриировано 4 305 035 советских граждан.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Пн май 09, 2016 11:59 am

Как найти сведения о ветеране ВОВ: Инструменты поиска в Сети

В настоящее время у любого человека появился доступ к документам с персональными данными воинов Великой Отечественной.

В интернете есть обширные базы данных, содержащие полную информацию о солдатах, погибших на полях сражений или пропавших без вести.

Следует отметить наиболее удобные базы данных. Это www.podvignaroda.ru, содержащая электронный банк документов о награжденных и награждениях периода Великой Отечественной войне с 1941 по 1945 годы.

www.obd-memorial.ru включает в себя информацию о защитниках Отечества, которые погибли или пропали без вести во время войны и в послевоенный период.

www.pamyat-naroda.ru позволяет установить места захоронений, получить сведения о прохождении службы, о победах и лишениях на полях сражений.

www.rkka.ru/ihandbook.htm содержит список солдат, награжденных орденом Красного Знамени с 1921 по 1931 годы.

www.moypolk.ru позволяет выяснить сведения не только о солдатах, но и о тружениках тыла — живых, умерших, погибших и пропавших без вести. Архив был собран и пополняется участниками общероссийской акции "Бессмертный полк".

На сайте www.dokst.ru доступны сведения о скончавшихся в немецком плену.

База данных www.polk.ru содержит информацию о советских и российских солдатах, пропавших без вести в войнах XX века (в том числе страницы "Великая Отечественная война" и "Неврученные награды").

www.pomnite-nas.ru содержит архив с фотографиями и описаниями воинских могил.

На сайте Пермского государственного архива новейшей истории собрана база данных www.permgani.ru, включающая в себя основные биографические сведения о пермяках, участвовавших в войне и призванных на воинскую службу с территории Прикамья, попавших в плен и затем подвергшихся фильтрации на родине.

Чтобы посмотреть электронную версию книги "Имена из солдатских медальонов" с 1 по 6 том, нужно перейти по ссылкам отечестворт.рф или rf-poisk.ru. На сайтах есть алфавитные сведения о погибших в годы войны, чьи останки, обнаруженные в ходе поисковых работ, удалось идентифицировать.

Кроме того, книги памяти с прямыми ссылками и аннотацией есть на сайте rf-poisk.ru/page/34/, а на сайте soldat.ru книга памяти включает информацию об умерших в плену, погибших в Афганистане, Чечне по регионам, родам войск, отдельным частям и соединениям.

Крымский виртуальный некрополь представлен на сайте memento.sebastopol.ua, а электронная книга памяти Украины есть по адресу memory-book.com.ua.

Справочники о судьбах военнослужащих есть на сайтах soldat.ru, кроме того, военные сокращения можно уточнить на сайте www.rkka.ru.

Старые газеты военного времени легко посмотреть на сайте oldgazette.ru, а описание боевых операций и мемуары можно прочесть по ссылке www.rkka.ru.

Особый предмет интереса представляют собой военные карты, на которых отмечены операции, боевая обстановка и выделены этапы войны (www.rkka.ru).

Кроме того, в России есть поисковые движения, которые занимаются поиском солдат и артефактов военного времени (www.rf-poisk.ru - официальный сайт Поискового движения России).

Исчерпывающая информация о солдатах есть в различных военных архивах: на сайте Федерального архивного агентства (www.archives.ru), в Архивах России (www.rusarchives.ru), архиве Минобороны (archive.mil.ru), в Российском государственном военном архиве (rgvarchive.ru), Российском государственном архиве социально-политической информации (rgaspi.org) и Российском государственном архиве Военно-Морского флота с документами с конца XVII века (rgavmf.ru).

Полный список федеральных и региональных архивов России есть на сайте victory.rusarchives.ru

Кроме того, следует упомянуть любопытные сайты военных ведомств: Министерства обороны РФ (www.mil.ru), Российского военно-исторического общества (www.histrf.ru) и Российского географического общества (www.rgo.ru).
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Вт май 24, 2016 1:47 pm

Продолжение войны после капитуляции Германии

Война похожа на маховик. Раскрутить его легче, чем остановить. Вторая мировая для многих людей закончилась не в 1945 году. Некоторые военизированные формирования вели войну ещё много лет.

"Вервольф"
Акт капитуляции Германии был подписан дважды - 7 и 8 мая 1945 года. Первый вариант капитуляции, подписанный в Реймсе, не устроил Сталина, и он приказал Жукову принять капитуляцию в Берлине. Она была подписана 8 мая в 22:43 (по местному времени, в Москве уже было 9 мая) Жуковым и Кейтелем. Из-за этого до сих пор День Победы празднуется в разных странах в разные дни.

После капитуляции в Германии были созданы оккупационные зоны. В каждой из них ещё долго продолжалось движение немецкого сопротивления. Самым известным примером такой борьбы стали действия немецкого ополчения "Вервольф".

Отряды "Вервольфа" были созданы для диверсионных операций в тылу наступающего противника в апреле 1945-го. Состояли они, по большей части, из подростков 14-16 лет и стариков. После капитуляции Германии и приказа сдать оружие, группы "Вервольф" продолжали устраивать диверсии и уничтожать военнослужащих и мирных жителей.

Справедливости ради нужно сказать, что часть историков склоняется к тому, что "Вервольф" - по большему счету, пропагандистский миф, а результативность его действий была низкой. В оккупационных зонах проводилась пропагандистская работа, направленная на повышение лояльности мирных жителей и пресечение сопротивления. Тем не менее, немецкое сопротивление, действительно проводило диверсии, а методы борьбы с ними были крайне жесткими.


Фон Кампц
Не только "Вевольф" продолжал войну после капитуляции. До вечера 12 мая продолжалось сопротивление в Праге, Югославия была освобождена от нацистов только 15 мая. Уже после 9 мая в сражениях в Чехословакии и Югославии погибли несколько тысяч советских солдат.

10 мая командующий 25-тысячного гарнизона капитан фон Кампц решил дать бой РККА. При этом он направил английскому командованию в Гамбурге письмо, в котором написал, что "ждет высадки англичан на Борнхольм, а до этого времени готов держать оборону против русских". Однако на следующий день фон Капца арестовали свои же офицеры и большая часть гарнизона капитулировала. Но четыре тысячи человек капитулировать отказались и продолжали сражаться до 19 мая.


Немцы и британцы заодно
После войны бывшие противники - англичане и немцы проявили завидную сплоченность в борьбе с греческими партизанами, борющимися за то, чтобы к власти в Греции пришли коммунисты.

9 мая 1945 года генерал-майор Бентак подписал капитуляцию в греческом городе Гераклионе. Немцы сдались английской 28-й пехотной бригаде генерала Престона. До 11 мая немцы ждали прихода британских оккупационных войск, но англичан задержали тяжелые бои с греческими коммунистами из отрядов "Элас".

Германская штурмовая часть с танковым батальоном 12 мая освободила англичан из греческого плена.

В проведенной карательной операции, устроенной Лондоном в Греции, немцы с англичанами участвовали единым фронтом. Вплоть до 28 июня 1945 года 1600 германских солдат участвовали вместе с британцами в антипартизанской войне в районе греческого города Соуда.


"Лесные братья"
Уже после окончания войны в западных районах Советского Союза активизировались партизанские движения: бандеровцев — в Галиции, "Железной гвардии" — в Молдавии, "Лесных братьев" — в Прибалтике.

Борьба с последними была наиболее кровавой: если количество жертв УПА во второй половине 1940-х годов составило порядка 10000 человек, то в ходе столкновений с прибалтийскими отрядами сопротивления погибло около 25000.

Литовские "Лесные братья" называли себя "Армия Свободы Литвы", или просто "зелёные". Литва была единственной из трёх прибалтийских республик, где антисоветские формирования имели единый координационный центр и были настолько многочисленны, что в 1945-47 годах даже нападали на небольшие гарнизоны Советской Армии.

В Латвии с "Лесными братьями" сражались части НКВД (с 1946 года - МГБ) и латышские дивизии на службе Красной Армии. Из-за этого некоторыми исследователями подавление "Лесных братьев" рассматривается как заключительный для прибалтийских республик этап Гражданской войны, начавшейся ещё в 1918 году.

Несмотря на то, что "Лесные братья" в Эстонии были самым малочисленным из отрядов прибалтийских партизанов (не более 500 человек), именно здесь дольше всех воевал один из "братьев" Аугуст Саббе. Он был ликвидирован только в сентябре 1978 года, на момент гибели ему было 69 лет.


Армия Крайова

Изображение
Польская Армия Крайова была создана под юрисдикцией польского правительства в изгнании, заседавшего в Лондоне. В январе 1945 года оно приняло решение о роспуске армии, но многие бойцы Армии Крайовой не пожелали сложить оружие и выйти из подполья.

Вплоть до 1948 года польские партизаны продолжали вести активную пропаганду, издавая порядка 230 различных газет и листовок.
Но одной только пропагандой их деятельность не ограничивалась. Многочисленные документы свидетельствую о том, что "аковцы", как называли солдат Армии Крайовой, вели напряженную борьбу с "оккупантами".

Из донесения НКВД от 23 апреля 1946 года:

"Убито и ранено: 25 военнослужащих Красной Армии, 45 военнослужащих Войска Польского, 7 государственных служащих, 64 местных жителей".
Только за 4 месяца 1946 года, с января по апрель, "аковцами" было убито из числа советских и польских военнослужащих вместе с местным населением 836 человек.

18 июня 1946 года в Москве состоялся судебный процесс над 16 лидерами Армии Крайовой. Пятеро получили сроки до 10 лет, 8 — по несколько месяцев. Подсудимых обвинили в организации подпольных вооружённых отрядов на освобождённых территориях, в диверсионной и террористической деятельность, в создании подпольных радиостанций в тылах Красной Армии и в подготовке военного выступления совместно с Германией против СССР. Три человека были признаны невиновными.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Вт май 31, 2016 7:11 pm

Малыши доктора Менгеле

Изображение
Врожденное уродство уберегло от смерти в газовой камере целую семью

В полночь 19 мая 1944 года в концентрационный лагерь Освенцим прибыл очередной поезд с евреями. Охранники-эсэсовцы привычно сгоняли людей в кучки, овчарки надрывались в хриплом лае. И вдруг в дверях вагона появляются семь лилипутов: пять словно на бал одетых женщин и двое мужчин в элегантных костюмах. Ничуть не смущаясь обстановки, они с интересом оглядываются по сторонам, а один из них начинает раздавать визитки обалдевшим стражникам: пусть знают, что в это странное место приехала всемирно известная «Труппа лилипутов»!

Выяснив, что все эти малыши - братья и сестры, офицер СС приказал подчиненным срочно будить доктора Йозефа Менгеле. Все знали о том, что он «собирает» собственную кунсткамеру и просто обожает всякие отклонения от нормы. А тут сразу семь родственников-лилипутов. Менгеле, выслушав, в чем дело, тут же вскочил с постели.

Изображение
...Их поклонниками были простые люди...

Музыка их связала
Карлики еще не знали, что «врач», которого они ожидают, лечить предпочитает радикальными методами. Скажем, когда в одном из женских бараков началась эпидемия тифа, он просто отправил 498 его обитательниц в газовые камеры. И о чудовищных экспериментах над живыми людьми тоже не знали. Поэтому, когда герр Менгеле начал задавать вопросы, с удовольствием рассказали историю своей семьи.

Шимшон Овиц из румынского городка Розвеля был лилипутом, что не помешало ему дважды жениться на женщинах нормального роста. Семеро его детей родились мелкими, трое - обычными. Глава семейства умер, когда самой младшей - Перле не было и двух лет. Вторая жена Шимшона - Батья-Берта осталась одна с десятью отпрысками на руках. Ей пришло в голову, что дети должны учиться музыке, и она не прогадала.

Все быстро освоили различные инструменты, создали семейный ансамбль и начали гастролировать. Труппа Овицев имела большой успех и, соответственно, неплохой доход. Даже автомобиль могли себе позволить, по тем временам редкость. Но в 1940-м часть Румынии перешла под контроль нацистской Венгрии, и в силу вступили ограничения для евреев. В частности, им было запрещено выступать перед представителями других национальностей. Коллектив временно прекратил давать концерты, и за время простоя Овицы смогли справить себе поддельные документы, чтобы снова начать выступать. Но в 1944 году тайное стало явным, и всю семью - 12 человек в возрасте от 15 месяцев до 58 лет отправили в Освенцим.

Изображение
...и знатные особы

Спасенные дьяволом
Музыкальные способности членов семьи доктора Менгеле мало интересовали. А вот союз карлика с обычной женщиной и соотношение нормальных отпрысков и детей с отклонениями - невероятно! Поэтому он повелел не трогать Овицев. Уверенно наврав извергу про свое близкое родство с необычной семьей, их сосед Симон Шломовиц спас свою - десять человек. Всех их поселили отдельно от других узников. Разрешили ходить в собственной одежде и не выбривать головы. Иногда даже кормили не баландой, а более-менее приличной едой.

«Возможно, мы его развеселили и он хочет, чтобы мы и здесь поставили шоу», - думали Овицы. Поэтому, когда их вызвали к доктору, женщины приоделись и накрасились (им разрешили оставить при себе косметику). Однако в лаборатории у всех просто взяли кровь. Через неделю еще раз. А потом еще и еще. Из бедных лилипутов выкачивали такие объемы, что они падали в обморок. Но как только приходили в себя, экзекуция повторялась.

Изображение
Пережившие ужасы Освенцима лилипуты прожили долгую жизнь (на фото обозначено, в каком возрасте и в каком году скончался каждый из них)

- Они делали небрежные проколы, и кровь брызгала во все стороны. Нас часто тошнило. Когда мы возвращались в барак, то падали на нары. Но не успевали восстановить силы, как нас вызывали на новый цикл, - вспоминала Перла Овиц.

У членов семьи проверяли функционирование внутренних органов, выискивали тиф, сифилис и другие заболевания, вырывали им здоровые зубы и выдирали ресницы. Психиатры бесконечно задавали вопросы, якобы проверяя интеллект. Но наиболее страшной пыткой были вливания в уши: кипяток, за ним ледяная вода, и так по кругу. Самое обидное, что Йозеф Менгеле и сам не понимал, как использовать результаты своих чудовищных экспериментов и что они ему могут поведать о загадке этой семьи. Но при этом с упоением расспрашивал супругу старшего из карликов Авраама - Дору (она была нормального роста) о мельчайших подробностях их сексуальной жизни.

Впрочем, они хотя бы оставались в живых. А вот другому карлику-горбуну, появившемуся в лагере, повезло куда меньше. Изувер-доктор решил, что скелеты маленьких уродцев нужно выставить в Берлинском музее, приказал бросить несчастного в котел и варить его, пока мясо не отделится от костей.

Изображение
И обычные близнецы были любимым «материалом» изувера. Он переливал кровь и пересаживал их органы друг другу, пытался менять цвет глаз с помощью химикатов, заражал вирусами. Хотел понять, как получаются двойняшки, и сделать так, чтобы немецкие женщины рожали зараз по два-три расово чистых ребёнка

Так что Овицы были даже благодарны своему «спасителю». И старались всегда представать перед ним опрятными и веселыми. Женщины даже кокетничали с Йозефом, а он приносил их детям игрушки уничтоженных в лагере малышей. Младший из семьи, названный в честь дедушки Шимшоном, даже папой как-то Менгеле назвал. Тот мягко поправил полуторагодовалого мальчишку: «Нет, я не папа, я просто дядя Йозеф».
С младшей из лилипутов - Перлой, которой тогда было 23, похоже, случилось то, что много лет спустя назовут «стокгольмским синдромом».

- Доктор Менгеле был похож на кинозвезду, только более красивый, - рассказывала она. - Каждая могла влюбиться в него. Но никто из тех, кто его видел, и представить себе не мог, что за его красивым лицом скрывается монстр. Мы знали, что он беспощаден и способен на самые страшные формы садизма. Что когда он был зол, то впадал в истерику. Но, будучи в плохом настроении, сразу успокаивался, как только переступал порог нашего барака. Видя его в хорошем расположении духа, все в лагере говорили «Наверное, у малышей побывал».

С Гербертом ГИЛЛЕ - командиром танковой дивизии «Викинг», в которой в начале войны изверг служил врачом

Наглядное пособие
Однажды вечером доктор заглянул к карликам, держа в руках небольшой сверток. Он сообщил своим подопечным, что на следующий день им предстоит особенная поездка. Заметив, как лилипуты побледнели, успокоил их улыбкой. И оставил пакет, в котором оказались помада, румяна, лак для ногтей, тени для век, флакон одеколона. Женщины были в восторге.

На следующий день, на рассвете, всех лилипутов усадили в грузовик и доставили в здание, расположенное в жилом лагере СС. Даже накормили сытным обедом, подав его на фарфоровых тарелках и с серебряными столовыми приборами.

Затем труппу вывели на сцену. Зал был полон - сплошь руководящий состав. Овицы приосанились, но тут Менгеле рявкнул: «Раздевайтесь!» Им ничего не оставалось, как повиноваться. Пытаясь прикрыть интимные места, лилипуты сгорбились. «Распрямиться!» - крикнул им мучитель. А затем начал читать лекцию под названием «Примеры работ с антропологической и наследственной биологией в концентрационных лагерях», суть которой сводилась к тому, что еврейский народ вырождается, превращаясь в нацию уродцев. Лилипуты, как нельзя лучше, подходили в качестве наглядного пособия. Так что эсэсовские офицеры с удовольствием пощупали Овицев по окончании выступления.

Это было очередное испытание для семьи, но тем не менее Менгеле спасал их от смерти. Другой лагерный врач, завидовавший положению Йозефа, отправил за его спиной братьев Авраама и Мики в газовую камеру. Но Менгеле удалось вытащить их. Поэтому Овицы даже обиделись на доктора, который не забрал их с собой, когда его перевели из Освенцима в лагерь Гросс-Розен. И не напрасно. Оставшихся без поддержки дьявола лилипутов собирались отправить в газовую камеру. Но им снова повезло. Их казнь была назначена на 27 января 1945 года, но в этот день в Освенцим вошли советские солдаты. Через несколько месяцев чудом выжившие Овицы вернулись в свой разграбленный и разрушенный дом. Позже перебрались в бельгийский Антверпен. А после образования Израиля переехали в Хайфу. Они прожили долгую жизнь: старшая сестра Розика скончалась в 98 лет, младшая - Перла ушла в 80. Злобы к своему истязателю она не испытывала.

- Если бы судьи спросили меня, должен ли он быть повешен, я бы ответила, что его нужно отпустить, - говорила она. - Я была спасена по милости дьявола - Бог воздаст Менгеле должное.

Изображение
МЕНГЕЛЕ считал себя большим учёным и не видел ничего зазорного в том, чтобы фотографироваться на фоне жертв своих ужасных опытов

Прикинь!
Узница Освенцима, чешка Дина Готтлибова, по приказу доктора Менгеле делала рисунки голов, ушных раковин, носов, ртов, рук и ног его подопытных, в том числе и Овицев. Она вспоминала, что Йозеф называл карликов именами семи гномов из сказки. По иронии судьбы Дина после войны вышла замуж за художника Артура Бэббита, рисовавшего героев для диснеевской «Белоснежки».

Имей в виду
* Йозеф МЕНГЕЛЕ (1911 - 1979) - гауптштурмфюрер СС, награжден Железным крестом 1-й степени за спасение двух танкистов из горящего танка.
* Тема его докторской диссертации «Расовые различия структуры нижней челюсти».
* В Освенциме анатомировал живых младенцев, кастрировал мальчиков и мужчин без наркоза, подвергал женщин ударам электрического тока высокого напряжения, чтобы выяснить их выносливость, стерилизовал группу польских монахинь с помощью рентгеновского излучения.
* Получил прозвище Ангел Смерти.
* До 1949 года скрывался в Баварии, оттуда сбежал в Аргентину. Когда его выследили агенты израильской секретной службы «Моссад» - Менгеле был самым разыскиваемым нацистским преступником после Адольфа Эйхмана, перебрался в Парагвай и позже в Бразилию.
* Во время купания в штате Сан-Паулу вурдалака разбил инсульт, и он утонул.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Вт июн 07, 2016 1:40 pm

Гитлеровская дипломатия: с какими странами Гитлер заключал договора и соглашения?

1. 1933 год. Пакт четырех (Италия, Германия, Англия, Франция).

Изображение

«Пакт четырех» являлся попыткой противопоставить Лиге наций "директорию" четырёх великих держав, стремившихся подчинить своей гегемонии всю Европу. Игнорируя Советский Союз, четыре державы пытались проводить политику его изоляции, устранив в то же время от участия в решении европейских дел остальные государства Европы.
«Пакт четырех» означал "сговор английского и французского правительств с германским и итальянским фашизмом, уже тогда не скрывавшим своих агрессивных намерений. Вместе с тем этот пакт с фашистскими государствами означал отказ от политики укрепления единого фронта миролюбивых держав против агрессивных государств"
Но из-за разногласий среди участников и недовольства других стран «Пакт четырех» так и не был ратифицирован.


2. 1934 год. Пакт Пилсудского-Гитлера (Германия, Польша).
Договор о ненападении между Германией и Польшей. Он был дополнен договором о торговле и мореплавании, отдельными соглашениями по вопросам печати, кино, радиовещания, театра и др.
Предусматривалось сохранение пакта в силе и в случае вступления в войну с третьими государствами одной из договаривающихся сторон.


3. 1935 год. Морское Англо-Германское соглашение.
Британское правительство удовлетворило требование Гитлера о том, чтобы «мощь германского флота составляла 35 % в отношении к совокупной мощи Британской империи». Пропорция 35:100 должна была применяться как к общему тоннажу флота, так и к каждому классу кораблей.
В отношении подводных сил Германия получала право на равенство с Британией, но обязалась не превышать 45 % от тоннажа британских подводных сил. Предусматривалось, что в случае нарушения этого предела Германия проинформирует британское правительство.
Германия также брала на себя обязательство соблюдать качественные ограничения, установленные Вашингтонским договором 1922 г. и Лондонским договором 1930 г.
Фактически немцам дали возможность построить 5 линкоров, два авианосца, 21 крейсер и 64 эсминца.
Результатом соглашения стала окончательная ликвидация всех ограничений Версальского договора. По разрешённому тоннажу флота Германия уравнивалась с Францией и Италией - державами-победителями в Первой мировой войне.


4. 1936 год. Антикоминтерновский Пакт (Германия, Япония).
Договор Германией и Японией, оформивший (под флагом борьбы против Коминтерна) блок этих государств в целях завоевания мирового господства.
В ноябре 1937 к «Антикоминтерновскому пакту» присоединилась Италия, позднее ряд др. государств.
В 1939—40 годах Пакт превращен в открытый военный союз (см. Берлинский пакт).

5. 1938 год. Мюнхенский сговор (Англия, Франция, Германия, Италия).

Изображение
Соглашение касалось передачи Чехословакией Германии Судетской области.

Встреча в Мюнхене в Фюрербау состоялась 29—30 сентября. Основой соглашения являлись предложения Италии, практически ничем не отличавшиеся от требований, выдвинутых ранее Гитлером при встрече с Чемберленом. Чемберлен и Даладье приняли эти предложения.
В час ночи 30 сентября 1938 г. Чемберлен, Даладье, Муссолини и Гитлер подписали Мюнхенское соглашение. После этого в зал, где было подписано это соглашение, была допущена чехословацкая делегация.

Руководства Великобритании и Франции оказали давление на правительство Чехословакии, и президент Бенеш без согласия Национального собрания принял к исполнению данное соглашение.

5.1. 30 сентября между Великобританией и Германией была подписана декларация о взаимном ненападении.

5.2. Аналогичная декларация Германии и Франции была подписана чуть позже.

6. 1939 год. Германо-Румынские экономические договоры и соглашения.
Кабальные договоры, навязанные монархо-фашистской Румынии, поставившие румынскую экономику в зависимость от военных нужд фашистской Германии.

7. 1939 год. Договор о ненападении Германии на страны Прибалтики.
Для Германии цель договора состояла в предотвращении западного и советского влияния в балтийских государствах и окружения Германии (договор о ненападении с Литвой был уже заключён в марте 1939 года после немецкого ультиматума по поводу Клайпеды).
Балтийские государства должны были служить препятствием против вмешательства СССР в планировавшееся вторжение в Польшу.
Германия предложила заключить договоры о ненападении с Эстонией, Латвией, Финляндией, Данией, Норвегией и Швецией 28 апреля 1939 года.
Швеция, Норвегия и Финляндия отказались. Черновики договоров были готовы в начале мая, но подписание было отложено дважды, так как Латвия запрашивала уточнения.


8. 1939 год. Пакт Молотова-Риббентропа (Германия, СССР).
Договор о ненападении между Германией и СССР.
19 августа 1939 года были подписаны советско-германское экономическое соглашение, а 23 августа Пакт Молотова-Риббентропа. Пакт предусматривал договор о ненападении и обязательства соблюдать нейтралитет, если одна из сторон станет объектом военных действия третьей стороны.

К договору дополнительный протокол о разграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе на случай «территориально-политического переустройства». Протокол предусматривал включение Латвии, Эстонии, Финляндии, восточных «областей, входящих в состав Польского государства» и Бессарабии в сферу интересов СССР, Литву и запад Польши в сферу интересов Германии.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Re: Мог ли победить Гитлер?

Сообщение VAM » Ср июн 15, 2016 2:04 pm

Бегство из Бреста

Изображение

Из неопубликованных мемуаров первого секретаря Брестского обкома КП(б) Белоруссии Михаила Тупицына о первом дне войны

Судьба Бреста как относительно крупного приграничного советского города по степени суматохи и паники при его сдаче утром 22 июня 1941 года была уникальной. Например, в сравнении с тем же белорусским Гродно, также ставшим лёгкой добычей агрессора, хотя и не настолько быстрой. Безусловно, сыграли свою роль специфика расположения областного центра на самой границе, неподготовленность воинских частей к возможному началу войны, внезапность нападения. Но до сих пор немалая часть вины за беспорядочное оставление города возлагается историками и журналистами на тогдашнего партийного главу области Михаила Тупицына и членов бюро Брестского обкома Коммунистической партии Белоруссии (КП(б) Б), не успевших или не сумевших уничтожить часть секретных материалов.

На самом деле, объём документации, которая досталась фашистам, был не столь уж велик: учётные карточки коммунистов Бреста, бланки партийных билетов, кандидатских карточек и часть секретной переписки. Поскольку подавляющее большинство членов ВКП(б), стоявших на учёте в Бресте, либо погибли в первые дни войны, либо эвакуировались, особого урона это не принесло. А вот захваченный в июле 1941 года Смоленский архив, в который входил весь комплекс секретных партийных и государственных документов и полный объём переписки областных властей с центром, оказался для пропагандистов Третьего рейха настоящей находкой. Материалы о принудительной коллективизации, массовых репрессиях, нарушениях законодательства часто использовались при составлении листовок и обращений к советским гражданам. После войны Смоленский архив был вывезен в США и активно эксплуатировался западными специалистами по истории СССР. Только в нынешнем веке он был возвращён в Россию.
Но вернёмся к первому секретарю Брестского обкома КП(б) Белоруссии Михаилу Тупицыну.

Михаил Николаевич Тупицын (1906–1993) родился в Симбирской губернии в семье крестьянина-бедняка. Окончил 2 класса школы 2-й ступени и педагогический техникум. Высшее образование получил в Институте красной профессуры.

В 1930–1933 годах директорствовал в различных техникумах, после чего начал комсомольско-партийную карьеру в Москве на заводе «8 Марта». Высшей точкой в довоенной столице – стала должность инструктора Кировского райкома МГК ВКП(б). С мая 1936 года и до начала Великой Отечественной войны партийная деятельность Тупицына связана с БССР, с небольшим перерывом на службу в НКВД: с апреля 1939 по февраль 1940 года он возглавлял Управление НКВД по Полесской области, ему было присвоено звание капитана госбезопасности. Первым секретарём Брестского обкома КП(б) Б назначается в августе 1940 года. С августа 1941-го – начальник отдела по работе среди партизан и войск, действующих в тылу противника, штаба Западного и Центрального фронтов.

С октября в должности 2-го секретаря Кировского обкома ВКП(б). Кстати, вину за то, что секретные партийные документы достались немцам, на него после войны не возлагали, и после освобождения Бреста он вновь возглавил партийное руководство областью. С 1948-го работал в Новгороде, где был избран также депутатом Верховного Совета СССР. В 1951 году его перевели в Москву в центральный партийный аппарат. С 1963-го и до выхода на пенсию в 1969 году Михаил Тупицын работал управляющим делами Совета министров РСФСР. Писатель Сергей Смирнов написал о Михаиле Тупицыне в своей знаменитой повести «Брестская крепость».

В Российском государственном военном архиве хранятся неопубликованные воспоминания Михаила Николаевича Тупицына о первых днях Великой Отечественной войны, датированные началом 1960-х. Главная ценность этих мемуаров в том, что они не подверглись официальной цензуре, хотя некоторый налёт самоцензуры, присущей партийным руководителям, в тексте всё-таки присутствует. Тем не менее эти воспоминания очень важны, в деталях они дают яркую и близкую к реальной картину первого дня Великой Отечественной войны – 22 июня 1941 года.

«В ночь с субботы на воскресенье первый секретарь Брестского обкома партии Михаил Тупицын, плотный, грузноватый человек лет тридцати пяти, только перед рассветом вернулся из поездки по районам. Было около четырёх часов утра, когда он пришёл в свою квартиру, тут же, в крыле большого обкомовского здания. Он только успел лечь, как снаружи прогремел сильный взрыв – и стёкла в окне вылетели».
(Из документальной повести советского писателя Сергея Смирнова «Брестская крепость»)

Михаил Тупицын: Вооружать коммунистов было нечем
«…Не успел как следует заснуть, как наш дом потряс страшный взрыв, от которого из окон вылетели все стёкла. Вслед за первым – второй, третий, перешедшие в канонаду артиллерийской стрельбы. «Война» – это страшное слово молниеносно пронизало мозг после первого же взрыва. «Чего ждали, того и дождались», – в испуге не сказала, а скорее прошептала вскочившая с постели жена и бросилась в детскую комнату, откуда уже доносился плач шестилетнего Вили и трёхлетнего Славика, наших сыновей.

Раздумывать было нечего. Натянув только брюки и одев прямо на голое тело пиджак, я помчался в обком, бросив на ходу жене, чтобы она с ребятами и племянницей спустилась в подвал. Квартира моя находилась до войны в том же здании, где размещался обком, и чтобы попасть туда, надо было спуститься со второго этажа и пробежать метров 20 двором до чёрного хода.

Там я встретил только милиционера на первом этаже и дежурного, зав. сектором т. Морозова, стоявшего посередине кабинета. Он был растерян и не сразу заговорил. От него я узнал, что телефоны городской сети и междугородняя связь не работают, видимо, выведены из строя снарядами. Я быстро подбежал к столику, на котором стоял специальный телефон «ВЧ» и другие. Машинально проверил аппараты, все они молчали, и только специальная линия связи «ВЧ» ещё работала. Подняв трубку, я сразу же услышал дрожащий голос телефонистки Брестской подстанции.

Какая радость! Появилась надежда сообщить и Минску, и Москве о случившемся у нас в городе. Минск ответил молниеносно. Я попросил телефонистку соединить меня с квартирой первого секретаря ЦК КП (б) Б П. К. Пономаренко, так как знал, что в такую рань он может быть только дома. Не успел услышать её голос – «пожалуйста, соединяю», как раздался страшный взрыв, от которого дверь в кабинете распахнулась, стекла из окон вылетели, а меня вместе с телефонным столиком каким-то образом подняло на воздух. Очутившись потом на полу и опомнившись, я продолжал кричать в трубку – «алло, алло», но и эта, казавшаяся надёжной, связь, прервалась. Я понял, что мы теперь отрезаны от Минска, Москвы, своих районов, да и от воинских частей.

Пока я размышлял о случившемся, во дворе обкома раздался новой силы взрыв, и в окна я увидел, как поднялся огромный столб камней, дыма и пыли. Теперь в кабинете у меня ничего не было видно, он был наполнен пылью и дымом. Оставаться здесь не имело смысла, и я решил спуститься на первый этаж, где размещался горком партии. Выходя из кабинета, я увидел, что снаряд, видимо, крупного калибра, разорвался в соседнем кабинете 3-го секретаря обкома т. Новиковой. От сильнейшего взрыва обвалилась большая часть угла здания обкома партии, где стоял на посту милиционер т. Серко. Не так давно я получил от него письмо, в котором он сообщал следующее: «С 1939 года я служил в рабоче-крестьянской милиции в г. Бресте. В ночь на 22 июня 1941 года стоял на посту по охране Обкома (во дворе). После первых выстрелов Вы пробежали мимо меня с пистолетом в руке и скрылись в здании. В тот же миг снаряд попал в Обком, и меня тяжело ранило в руку, обе ноги и контузило. Наши товарищи успели доставить меня в госпиталь, где я пролежал полгода».

В горкоме тоже никого ещё не было. Проверил все телефоны в кабинете секретаря, но и здесь они молчали. В ожидании горкомовцев я невольно думал, что же делать в обстановке, когда нет никакой связи. Теперь уже стало ясно, что никакая это не провокация, о возможности которой нам говорили раньше, а настоящая страшная война. И всё равно, какая-то надежда ещё в мозгу сохранялась, всё равно казалось, будто это всё не по-настоящему.

Из раздумья меня вывел голос милиционера, который принёс из квартиры мои туфли. Когда я проходил мимо поста, он заметил, что от моих ног оставался кровавый след. И только тут я спохватился, что выбежал из квартиры, не успев обуться и, пробегая босиком по двору, сильно порезал ноги осколками разбитого стекла. Спросил милиционера, не видел ли он мою жену с ребятами. Он сказал, что не видел.

Частые и сильные разрывы снарядов заставили нас спуститься в подвальные помещения и провести там короткое заседание бюро обкома партии, чтобы коллективно решить, что нам делать. Первая трудность состояла в незнании нами обстановки, так как связи ни с гражданскими организациями, ни с военным командованием, у нас не было. Поэтому надо было хоть в общих чертах узнать, что происходит в городе. Сообщения секретарей обкома и других товарищей показали, что массированный артиллерийский обстрел города вызвал большие разрушения и пожары.

Многие здания были разбиты до основания, и под грудами развалин погребены ни в чём не повинные люди. Чтобы выяснить обстановку получше, решили связаться с командованием 28-го стрелкового корпуса и 6-й Орловской стрелковой дивизии, направив туда наших товарищей. Я не помню уж теперь, кто ходил в штаб 6-й дивизии, но в штаб 28-го корпуса побежал начальник Управления наркомата госбезопасности т. Сергеев. Одновременно с этим договорились всех работников аппарата обкома и горкома, пришедших в это время, направить на предприятия и в учреждения для организации тушения пожаров и пресечения паники.

А коммунисты и комсомольцы всё подходили и подходили. Значительную их часть мы решили направить в горвоенкомат, чтобы получить там оружие. Послано было несколько товарищей на железнодорожный узел, для выяснения того, какие там есть возможности для эвакуации населения.

Также отправлены работники и на городскую телефонную станцию, с целью как можно быстрее восстановить связь. Штабы корпуса и дивизии находились близко от обкома. Посыльные вернулись очень быстро и принесли неутешительные сведения. Они рассказали, что командиров корпуса и дивизии в штабах нет, не оказалось там и их подчинённых, кроме штабных дежурных. В штабе корпуса сказали, что его командир т. Попов В. С., видимо, уехал на запасный командный пункт в районе Жабинки, но связи с ним нет. В штабе же дивизии сообщили, что все командиры выехали в район крепости. В обоих штабах спешно готовили документы к эвакуации.

Минут через 30–40 вернулись люди с предприятий и с железнодорожного узла, и мы снова провели короткое заседание бюро обкома. Выяснилось, что на железнодорожном узле никаких подвижных средств к эвакуации населения нет, многие здания разрушены, на вокзале скопилось большое количество пассажиров и среди них много военных. Обстрел города всё не утихал, разрушения увеличивались, разгорались пожары. Самый огромный наблюдался в районе ликёро-водочного завода. Густой дым и даже большое пламя огня можно было видеть прямо из окон обкома.

Очевидцы рассказали, что завод загорелся буквально после первых же орудийных выстрелов. А взрывы продолжались. Много уже погибло людей; областная больница, расположенная рядом со зданием обкома, наполнялась только тяжело раненными, а легко раненные уходили из города сами.

Вернулся начальник УНКГБ т. Сергеев и рассказал, что никого из военных руководителей не мог найти и ничего не мог добавить к тому, что рассказали присланные им связные. Пришли люди из горвоенкомата и сообщили, что оружия там мало и вооружать коммунистов нечем. Невольно подумалось о том, что приходится пожинать плоды своей халатности к этому делу в довоенное время. Не собирались воевать и были убеждены, что войны не будет, по крайней мере в ближайшее время.
Панорама юго-западной части цитадели Брестской крепости. Конец июня – июль 1941

Изображение

Уничтожить документы мы не могли
Обстрел города продолжался, правда, по центру артиллерия била уже менее интенсивно. И для нас стала проясняться обстановка. Наступал критический момент: к нам поступило сообщение, что фашисты появились возле железнодорожной станции и в районе тюрьмы, там шли упорные бои. Надо было принимать срочные решения и правильно ориентировать людей, чтобы они действовали самостоятельно. Собравшись снова на бюро, мы решили принять срочные меры к тому, чтобы выводить население из города. Также надо было попытаться вывезти, а в случае невозможности, уничтожить документы обкома и горкома партии. Коммунистам, которые появлялись в обкоме, давалось указание идти в город, разъяснять жителям обстановку и рекомендовать уходить в восточном направлении.

Секретари обкома и другие руководящие работники области тоже отправились по домам, чтобы отправить свои семьи. Секретари сели в автомашины, стоявшие тут же во дворе, и уехали домой, намереваясь после отправки семей вернуться в обком. Я тоже забежал в подвал, где находилась моя семья, и сказал, что им надо выехать из города в район Кобрина, а там видно будет. К счастью, автомашина «ЗИС-101», как сообщил шофёр Яша, была на ходу. И хотя в стену гаража попал снаряд и взрывом сорвало крышу, его осколки пробили только в нескольких местах кузов, а ходовая часть и мотор были целы.

Оказывается, это был тот второй снаряд, взрыв которого застал меня в кабинете. Он немножко не долетел до здания обкома, разорвавшись в гараже прямо против моих окон. Я сказал Яше, чтобы выводил скорее автомашину, а сам побежал к семье. Так как все мои домочадцы были, по существу, не одеты, я вбежал в квартиру, чтобы взять кое-что из вещей. Разыскивать что-то нужное и ценное не было времени, и я схватил с кроватей два одеяла, две подушки, на глаза попались часики жены, которые сунул ей в карман пальтишка, и вынес всё это им. Вот в этих двух одеялах ребята и поехали. Захватить же что-то ценное из одежды для себя и жены мне и в голову не пришло. Было не до этого. В этой же машине поехали ещё мать и сын третьего секретаря Т. И. Новиковой, которые прибежали в обком сами.

Машина с трудом выбралась со двора, так как в воротах было навалено много кирпича от разрушенной стены здания. Я сказал Яше, чтобы он ехал по Пушкинской улице по направлению на станцию Брест-5, а там и на Кобрин; только ехать сначала надо было по просёлочным дорогам, так как Варшавское шоссе, наверняка, было уже загружено и обстреливалось фашистами. В Кобрине я просил их подождать, имея в виду, пока закончатся бои и фашистов прогонят. Я тогда ещё думал, что наши войска город Брест не сдадут.

Когда отправил жену и ребят, как-то немного отлегло от сердца. «Меня убьют не на их глазах, а их убьют не на моих», – щемящей болью отозвалась эта мысль. Но это было как-то молниеносно. Надо было действовать, спешить. Вернулись мы с Татьяной Ивановной Новиковой в обком и стали поджидать возвращения секретарей. А в это время как раз вернулся товарищ, бегавший за секретарём горкома А. М. Коротковым, и сообщил, что его не удалось найти. Это нам очень сильно осложняло дело. Посланный к работнику сектора учёта партдокументов горкома партии тоже сообщил, что разыскать её не удалось, а дом, в котором она жила, полуразрушен. А завсектором учёта горкома вообще не было в Бресте в это время, она находилась в Минске на совещании в ЦК КП(б) Б. 

Надо же случиться такому, что ни одного человека, имеющего отношения к хранению партбилетов, в горкоме не оказалось. По инструкции ключи от сейфов с партдокументами должны были находиться у секретаря горкома партии т. Короткова, но он почему-то не явился в горком, значит, надо было думать, что с ним что-то случилось. И действительно, я о нём до сих пор ничего не знаю. Скорее всего, погиб где-то на одной из улиц Бреста в первые же минуты войны, иначе обязательно пришёл бы.

Таким образом, мы оказались в безвыходном положении: ключей не было, а попасть в хранилище с партийными документами как-то иначе мы никак не могли. Дело в том, что в здании, где размещались обком и горком партии, раньше, когда Брест был в составе Польши, находилась так называемая Изба скарбова, и здесь была оборудована комната для хранения всякого рода ценностей и золота, а, как известно, капиталисты умели надёжно хранить ценности. Вот в этом хранилище и находились теперь наши партийные документы: учётные карточки на всех коммунистов города, чистые бланки партбилетов. Отсек, где все это хранилось, представлял собой комнату из железобетонных стен, а дверью туда служила дверь от сейфа с множеством секретов. Такую комнату не было у нас возможности ни открыть, ни поджечь, ни подорвать (у нас и взрывчатки-то не имелось). Экая досада! Признаюсь, мысленно отругал себя, что был слишком пунктуален в выполнении предвоенных указаний не паниковать и не подготовил документы к отправке на случай войны. А ведь можно было все сделать и вполне секретно. И вот теперь горевали о том, что партийные документы могут достаться фашистам…

Михаил Тупицын с сыновьями. Брест, июнь 1941
Изображение
Фото: из архива автора

Уходить в подполье мы не готовились
Восьмой час… Секретари ещё не вернулись, и это заставляло нас с Татьяной Ивановной волноваться: не случилось ли с ними что? Мы вышли на крыльцо обкома. Город горел, с окраин слышно, как строчат пулемёты, так как артиллерийский обстрел притих, вернее, разрывы слышались теперь немного южнее и восточнее города. Видимо, обстреливался Южный городок, где размещалась танковая дивизия. Над городом появились самолёты.

Признаться, мы очень обрадовались и думали, что это наши краснозвёздные прилетели громить фашистов. Но радость длилась недолго. Скоро принесли листовки, разбросанные с этого самолёта, в которых немцы обвиняли во всех грехах начавшейся войны советское правительство, из-за чего они якобы были вынуждены напасть на Советский Союз с целью дать нашему народу свободу. Там же был напечатан «пропуск»: сдавайтесь, мол, вам ничего не будет. Написаны листовки были ещё по правилам старой орфографии. Видимо, их автором был бывший белогвардеец. Какая наглость! Отвращение и злость вызвали эти листовки не только у нас, коммунистов, но и у простых людей. Кто мог поверить, будто Советский Союз угрожал войной Германии и фашисты вынуждены поэтому начать войну?!

Секретарей всё не было. Часам к восьми – восьми тридцати у обкома скопилось большое количество коммунистов. Из обкомовских работников кроме нас с Татьяной Ивановной были зав. финхозсектором т. Колос, зав. особым сектором т. Малашенко, мой помощник – т. Кацман И. В. Здесь же был корреспондент республиканской газеты «Звезда» коммунист т. Онищенко. Он пришёл к обкому вместе с женой и детьми. Когда мы уходили, он последовал за нами, а его жена, тоже коммунистка, была вынуждена остаться с малыми детьми в городе. К счастью, сам т. Онищенко, пройдя всю войну, остался жив, и жена его сохранила детей, скрываясь от фашистов по глухим деревням.

Стало окончательно ясно, что оставаться в городе рискованно. Приходили одно за другим тревожные сообщения: «освобождена тюрьма», «захвачен вокзал», «бои идут уже на Московской улице». А вскоре на площади у обкома появились красноармейцы, которые толпами бежали по улицам: многие из них были в одном нижнем белье, раненые. Они сказали, что бегут из крепости.

Эвакуировать документы теперь уже невозможно. Нам придётся уходить пешком, а много ли с собой захватишь? Поэтому мы поручили зав. особым сектором т. Малашенко и моему помощнику т. Кацману немедленно уничтожить все шифродокументы, все постановления с грифом «Особая папка» и что успеют другое, взять печати обкома и принести нам. А сами мы с Татьяной Ивановной поднялись в свои кабинеты, чтобы там забрать, что было возможно. Я взял из своего сейфа личные документы (партбилет, паспорт, комсомольский и профсоюзный билеты), два пистолета (Маузер и Браунинг). Через некоторое время пришли тт. Малашенко и Кацман, отдали мне печати и сказали, что все возможное из секретных документов они сожгли.

Спустившись вниз, я увидел, что у крыльца обкома стало ещё больше людей. Встав на перильце крыльца, я объявил собравшимся, что положение сложилось критическое, что мы не знаем обстановки в городе, что на улицах идут бои, а поэтому оставаться нам здесь, в центре Бреста, сейчас рискованно. Поэтому предлагается выйти за город, чтобы попытаться связаться с военными. Без этого нам трудно понять, где наши, где враги – всюду слышна стрельба. Я тогда ещё не знал, что мы надолго покидаем Брест, а сказал о необходимости выйти за город для выяснения обстановки.

Говорил я это, а сам думал, как трудно решиться на то, чтобы бросить все и уйти. Как это будет расценено? Оставаться тоже было опасно: ведь можно было оказаться в руках фашистов. В подполье уходить нам было нельзя не только потому, что мы не готовились к этому, но и оттого, что сам город был для нас ещё новый, мало изученный.

Перед уходом кто-то предложил поджечь здание обкома. Но на это мы, признаться, не решились. Мы ещё не думали, что война продлится долго, все ещё теплилась надежда на быстрое возвращение домой. Это было нашей ошибкой. Надо было сжечь здание самим, пока имелась возможность: больших трудов это не стоило, да и бензин был рядом.

… И вот мы двинулись из города. Прямо от обкома пошли по Пушкинской улице – единственной более или менее безопасной, которая выводила нас прямо на восточную окраину города, а там недалеко и железнодорожная станция Брест-5 («Восточный»). А ружейно-пулемётная стрельба в городе все усиливалась. Уходя, мы наверняка знали, что бои шли на Московском шоссе, в районе вокзала, а артиллерийская стрельба перенесена в восточном направлении. Мы слышали, как со зловещим воем пролетали снаряды над нашими головами, и взрывы были слышны где-то на окраинах города.

Шли сначала большой группой: рядом со мной – работники обкома, горкома партии, несколько чекистов. На перекрёстках становилось уже опасно, так как улицы в центре города простреливались, и нам приходилось перебегать небольшими группами. Опасность нарастала, поэтому мы вынуждены были ускорить шаг, а кое-где и бежать. Особенно трудно давались эти перебежки Татьяне Ивановне. Чувствовалось, что она просто изнемогала от такой быстрой ходьбы.

Сердце сжималось от того, что нам пришлось видеть. Пожары, разрушенные здания, бегущие в испуге женщины, дети, старики, трупы убитых – всё это мы встретили на нашем пути. Минут 25–30 мы добирались до католического кладбища. Это уже зелёная окраина города, отсюда рукой подать до станции Брест-5. В густых зарослях кустарника решили перевести дух. Отдохнув несколько минут, двинулись дальше. Вот и станция, но на ней никаких признаков жизни: здания горят, людей не видно, никаких паровозов, вагонов и даже дрезин. А мы так рассчитывали уехать отсюда, чтобы побыстрее добраться до Жабинки и до штаба 28-го стрелкового корпуса.

Положение, как говорится, хуже некуда. Фашистская артиллерия перенесла всю мощь своего огня на восточные окраины Бреста, видимо, для того, чтобы преградить путь отступающим войскам, а также на случай подхода новых частей Красной Армии. Казалось, тысячи снарядов рвались впереди нас одновременно. На наших глазах взлетали на воздух крестьянские дома, санитарные повозки с ранеными. Обстановка для нас, снова спрятавшихся в густых зарослях кустарника, казалась ещё более трудной, опасной, чем в городе. Под укрытием каменных зданий нам было как-то спокойнее, а вот на поле совсем другое дело, здесь чувствуешь себя каким-то совсем беспомощным против рвущихся снарядов.

Просидев в кустарнике несколько минут, мы быстро освоились и, наблюдая, установили, что обстрел проводился по определённым квадратам, справа налево. Мы поняли: если сейчас снаряды рвутся впереди нас, надо пока сидеть. Потом разрывы перемещались влево, тогда и мы начинали продвигаться вперёд. В таких условиях мы двигались, наверное, километра 4 или 6.

Когда мы отсиживались в кустарнике, я решил зафиксировать карандашом в своей записной книжке обстоятельства, при которых нам пришлось уходить из Бреста. Я это сделал для того, чтобы на случай моей гибели, возможно, остался хотя бы блокнот с этими записями.

Наконец, артиллерийский обстрел стал ослабевать, а вскоре и совсем прекратился. Вражеские самолёты также почти перестали беспокоить нас. И я собрал небольшой «летучий» митинг, где сказал, что хоть сейчас мы и вынуждены покинуть Брест, но всё равно уверены, что вернёмся сюда снова. А теперь всем надо продолжать двигаться в сторону Жабинки и там, или в Кобрине, вступать в Красную Армию, чтобы бить врага. Немного рассредоточившись, мы продолжали наш путь на восток.
Расскажи друзьям:
Изображение
“Самая дешевая гордость – национальная. Убогий человек, не имеющий ничего, чем он мог бы гордиться, хватается за единственно возможное и гордится своей нацией…”. Артур Шопенгауэр.
Аватара пользователя
VAM
Старожил
 
Сообщения: 14351
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 11:47 am
Город: Сим

Пред.След.

Вернуться в Пельменная "У Михалыча"

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot] и гости: 1

 

Реклама